Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!

У него были, но гулять по базару и расплачиваться золотыми монетами за овощи — это верх идиотизма. Подкараулят потом в подворотне и сделают овощ из тебя.

— И запомни, если овощ белый снаружи, то это не картофель. Картофель снаружи коричневый. Это он на столе потом белый или желтый, — напутствовала я его, подталкивая к двери.

Выпроводив отпрыска Джонатана, я взялась за уборку. Гости! А тут пыль. Позорище! Я успела убрать всю квартиру как раз к приходу Идена. Молодец, ничего не напутал. Меня посетила шальная мысль на правах мамы спросить сдачу, но графчик меня опередил и высыпал деньги на стол.

— И куда мы сели? Взяли нож, сейчас буду тебя учить картошку чистить.

Иден посмотрел на меня как на ненормальную.

— Ты всех гостей к домашним делам привлекаешь?

— Так ты сам меня мамой назвал, а маме надо помогать, — наставительно произнесла я и всучила ему нож. — Тем более вот подсуетится сейчас Марта и родит твоему папе ребеночка, а если совсем ей повезет, и морганатический брак обстряпает. Опалы не боишься?

— Не боюсь! — огрызнулся юноша.

Он брезгливо взял в руки корнеплод и первым же движением срезал вместе с кожурой половину картофелины. Я ужаснулась и кинулась показывать ему то, что у нас умеет делать любой парень, служивший в армии.

— А зря. Если она его на свадьбу раскрутит, то и про тебя такого наплетет, что тебе живо от дома откажут. Так что давай, хоть какие-то навыки выживания приобретешь.

Три минуты со стороны графчика слышалось только натужное сопение. Ничего, пусть учится, не все же колюще-режущими предметами в других аристократов тыкать. Хотя, на мой скромный взгляд, некоторых представителей славных фамилий картошка по уровню развития обошла.

Наконец Иден кинул в миску с водой последнюю картофелину. Вот теперь моя очередь. Шустро нарезав ее на ломтики, я закинула все на сковородку. М-м-м, жареная картошечка на сале. Драгоценные калории. Пофиг, что они потом окажутся на заднице. Я слишком есть хочу, чтобы листиком салата довольствоваться.

Пока я перемешивала картошку, младший Эверо открыл и разлил по бокалам вино, нарезал хлеб и мясо, короче, всеми силами пытался изменить мое мнение о нем как о неприспособленной к жизни пиявке на аристократической вене славной крови Эверо.

Поэтому его лапа на моем бедре стала для меня неприятным сюрпризом. Я резко крутанулась и наставила на него лопатку на манер шпаги.

— Ты что удумал?

— Ну, ужин, вино, мы вдвоем.

Полет его мысли поставил меня в тупик, я зависла, и из ступора меня вывел кусок картошки, шмякнувшийся с лопатки прямо на свежевымытый пол. Надо бы объяснить ребенку, ху из ху."

"Я ткнула лопаткой в сторону стула.

— Садись.

Сама же, убавив огонь, — разборки разборками, а лишаться ужина я не хочу, — села напротив.

— Слушай меня сюда, ребенок.