Бассейн с крокодилами

С первых страниц поняла, что в нем скрыт кладезь информации, только мне никогда не понять, о чем идет речь! Все зашифровано. Вместо имен и фамилий стоят инициалы: «9 января. 13.00 О. ждет у Огурца», «12 марта. 18.00 П. встретить на Мигалке». И так везде. Только по тому, что в январе он виделся без конца с О., в марте с П., а в июне с К., я поняла, что это были клиенты.

Работал Марков как вол. Целыми днями носился по городу – строчки ежедневника были густо исписаны ручкой с черной пастой. Пролистав тщательно книжечку, я обратила внимание на то, что примерно три-четыре раза в неделю он ездил к… поросенку.

Так и стояло: «Ночевал у поросенка», «Ужинал у поросенка», «Весь день сидел у поросенка». Может, кодовое название любовницы? Примерно раз в три месяца стояло: «Сменил К.» и далее шел адрес, тоже закодированный. Последний выглядел так – улица Разрушителей. Но я-то знала, что на самом деле данная магистраль носила название – улица Строителей, сама приходила туда в тот роковой день! Загадка-то оказалась не так уж и сложна.

Я разложила на полу гигантскую карту и принялась ползать по ней и вокруг нее на коленях. В январе он жил на проспекте Землепроходцев – это скорее всего улица Космонавтов.

В конце апреля перебрался в проезд Каменного домика. Ясно как божий день: это место именуется – Соломенная Сторожка. А это что? Тюремная улица! Может, имеется в виду Матросская Тишина или Новослободская, где расположены столичные тюрьмы? Именно на этой улице и находился таинственный поросенок. Но где бы это ни было, в сентябре Марков вновь переехал на Разрушителей. Интересно, от кого он бегал? Или несчастная Леночка права и Игорь просто получал колоссальное удовольствие от игры в пинкертона? И к какой же из квартир подходит найденный в люстре ключик? Неразрешимая задача! Даже установив улицу, я все равно не узнаю номер дома – в ежедневнике номера не значатся.

Открыв окно, я закурила. Ледяной декабрьский ветер влетел в комнату, стало холодно. Из темного тихого сада не доносилось ни звука – казалось, живу совсем одна на заброшенной планете.

– Мама! – вскрикнула у меня за спиной Маша.

Я вздрогнула и, быстренько выбросив окурок, захлопнула раму.

– Куришь! – неодобрительно отметила дочь. – Скажи спасибо, что Кеша не видит…

Это точно.

На примере Аркадия можно защитить диссертацию «Влияние телепередач на ум ребенка». Кажется, ему было лет семь, когда, заболев корью, мальчик от скуки глядел по телевизору все передачи. Я не противилась. В советские времена ничего аморального или криминального по телику не показывали. Представляю, что случилось бы с тогдашним председателем Комитета по телевидению и радиовещанию Лапиным, если бы он узрел мультик про Бивиса и Бат-Хеда…

Так вот, Аркашка случайно наткнулся на передачу «Здоровье».