Брак поневоле

– Запачкалась? Мои деньги для тебя грязные? Так какого хуя ты тогда вынуждаешь меня на тебе жениться?.."

"Я подступаю к ней и трясу, схватив за плечи. Голова Алиски безвольно мотыляется на тонкой шее из стороны в сторону. Кажется, стоит встряхнуть сильнее – голова оторвётся и покатится мне под ноги. Останавливаюсь. Заставляю себя усилием воли. Иначе убью… Это мелькает в моей голове так ясно и чётко, что самому становится страшно. Я на самом деле могу её убить – настолько меня сплющивает от её близости, предательства и упорного молчания.

– Хорошо, Лиса… Смети этот мусор. Веник, совок… Ты знаешь, как это делается. Пошевеливайся…

Алиса вновь начинает дышать: всё это время она не дышала, замерев от испуга в моих руках. После моих слов Алиска бросается в ванную, возвращается с веником и совком, сметает купюры, выкидывая в мусорное ведро. Облегчение плещется на дне тёмно-серых глаз. Словно давно хотела это сделать и не решалась.

– Пойдём.

Подхватываю её под локоть. Забываю, насколько тесные эти коридоры в хрущёвках, что под ручку не прогуляешься. Совершенно по-идиотски сталкиваемся друг с другом в коридоре. Алиска дёргается в сторону, словно я могу её ужалить или обжечь. Наклоняется за туфлями, стоящими на полке для обуви. Я почему-то повторяю её движение, словно надеть туфли на её ноги является жизненно важной задачей. Опять столкновение, неловкая попытка уйти в сторону. Она запутывается в моих ногах, или я так неловко переставил свои ступни… Алиску шатает, она едва не падает. Успеваю её подхватить за талию, неловко упав сам на пятую точку.

Прижимаю к себе Алису за тонкую талию, чувствую, как бьётся её сердце. Колотится, как у пойманной дичи. Везде сразу. Трепыхается в моих руках. Бесполезно. Не отпущу. Я крепче прижимаю её к себе. Сжимаю пряди её волос между пальцев и вдыхаю их аромат. С мучительным стоном облегчения.

Сука…

Как сильно я по ней скучал!.. И скучаю сейчас. Держу её в объятиях и могу даже трахнуть… Она вся в моей власти, зажата в руках. Но я дико и безумно скучаю по той девочке, по Моей Лисоньке, ушедшей в безвозвратное прошлое. Дай мне взглянуть на неё, Алиска. Дай хотя бы на минутку, верни мне её… Покажи мне хотя бы её тень, посмотри на меня её глазами…

Тишина…

Только частое и горячее дыхание Алисы касается моей щеки. Невесомое, ласковое прикосновение. Щекочущее, как будто солнечный зайчик вышагивает по моей коже. Солнечный зайчик, пробившийся в абсолютную тьму, в которой я тону, вязну с головой. Но всё ещё, оказывается, могу чувствовать даже такие ласковые касания. Не сумасшедший секс, не одноразовый трах, а нечто большее, трогательное и невозможное.

Я тянусь на свет этого крошечного солнечного лучика и как глупый кот, пытаюсь поймать его лапой. Пытаюсь поймать обманчивый мираж.