5
0В случае аристократов из старой ветви достаточно свидетельства об измерении уровня магии.
Жених не выдержал и зарычал.
А потом повернулся к Нэйлзу и повторил уже слышанное:
— Дядя тебя убьёт!
Рыжий насмешливо вздёрнул бровь. Он выкатил грудь, и клянусь, будь у сообщника хвост, тот бы распушился так, что занял весь объём кабинета.
— Не просто убьёт, — злобно подхватил Корифий. — Он сделает из тебя маленькую рыжую котлету. Порвёт на сотню мерзких, самодовольных наглецов!
Момент был серьёзным, я не выдержала и фыркнула. От такого-то наезда.
Нэйлз тоже улыбнулся, и тут в строй вернулась тяжёлая артиллерия. Лорд Бертран.
— Мало того, что ты, сын правящего рода, помогаешь неугодной Рэйдс, так ещё… — старик словно задохнулся возмущением, — … ты хоть понял, на какой факультет её зачислили?
Сообщник бодро оскалился и, кажется, впервые за всё время, пригляделся к парящему над столом документу.
Улыбка на его губах осталась, но словно заледенела, и Бертран это прекрасно видел. Старый коршун поспешил добить:
— Пурпурный факультет — вотчина лорда Дрэйка. Туда нельзя поступить без собеседования и личной резолюции. Твой многоуважаемый дядя будет в таком восторге, что вся столица содрогнётся, а мы, всем высшим светом, понесём цветы на твою могилку. Всё, Нэйлз, допрыгался.
Парень с ответом не нашёлся, а гнев Бертрана, как яростный пожар, перекинулся на меня.
— А ты? — Жених резко развернул кресло-каталку и, глядя снизу вверх, окатил презрением. — Что о себе возомнила, девчонка? Какая магия? Да и уровень. Пятый? У тебя? Откуда⁈
Прозвучало резко. Меня не просто втаптывали в грязь, а размазывали по ней тонким слоем.
Только вот незадача, я не совсем Алексия, и ненавижу, когда на меня давят. За свою жизнь я провела много жёстких переговоров. На чудаков с амбициями тоже насмотрелась. Я не собиралась поддаваться на манипуляцию. Пусть бесится сколько угодно, но прямо сейчас Бертран не может ни-че-го.
— Аннулируй заявление! — рявкнул лорд. — Откажись от поступления, и я, так и быть…
Тут он всё-таки запнулся.
Я знала… Отлично понимала, что лучше прикинуться глупой овечкой, изобразить какую-нибудь дурость, но не смогла. Этот бой я выиграла, и смотрела на «жениха» с весёлым превосходством. Остатки выдержки уходили на то, чтобы не показать мерзавцу неприличный жест.
Жену он захотел. Имущество. Подложить меня под собственного внука.
Ага, щас. Утрётся.
— Откуда. У тебя. Магия. — Бертран напрягся, но отступить не пожелал.
Глубокий вдох, и я сказала:
— Хороший вопрос. Она проявилась сразу после того, как я отказалась от пилюль, которыми вы меня пичкали. Странное совпадение, не находите?
Я лгала, но неожиданно попала в цель. Старик дрогнул, а мой сообщник отчего-то расслабился.
