Букелларий

Лицо выбрито идеально, не то, что у большинства его помощников, хотя одет небрежно, даже рано утром туника и штаны из дорогих тканей были мятыми, точно спал них. Может, так и было. У богатых свои причуды. Темно-голубые глаза мажордома смотрели в глаза собеседника пристально, но коротко и только вначале, а потом избегали их. Наверное, из-за боязни разрушить сложившееся при первом взгляде впечатление. Не знаю, что увидел в моих глазах, на его пухловатом лице ничего не проявилось. Жестом приказал он передать привезенный папирус секретарю — тщедушному типу с узким заостренным лицом и такой же, птичьей, грудью. Послание выслушал равнодушно: кто-то там что-то написал…

— На словах ничего не передал? — спросил Карл Мартелл таким тоном, словно ему-то пофиг, но этикет надо соблюсти.

Меня это почему-то цепануло, поэтому ответил вопросом:

— А должен был?

Мажордом дернулся, будто лошадь по ним взбрыкнула, посмотрел мне в глаза еще раз и, скривив пухловатые губы в подобие улыбки, произнес как бы шутливо:

— Ты меня рассмешил! Пожалуй, возьму тебя на службу!

— Эд Большой ценит меня не только за шутки, поэтому останусь у него, — отказался я.

— А за что еще? — с искренним любопытством поинтересовался Карл Мартелл.

— За то, что спас ему жизнь под Суасоном и прочие мелочи, — ответил я.

— Под Суасоном? — переспросил он, задумался ненадолго и задал второй вопрос таким тоном, будто говорил о чем-то забавном: — Это не про тебя мне рассказывал Милон, что ты ограбил мой шатер?!

— Да там грабить нечего было! — в тон ему произнес я.

Карл Мартелл захохотал так, будто услышал что-то невероятно остроумное."

"— Да, в то время с деньгами у меня было не очень! — вытерев выступившие от смеха слезы, весело признался он, после чего распорядился: — Ладно, иди отдыхай. Слуга отведет тебя и твоих людей в отведенную вам помещение в епископском доме, а вечером жду вас на пиру.

Я приехал в сопровождении шести лангобардов из, так сказать, первого призыва. Они были смелы и преданы лично мне. Отряд был достаточно большой, чтобы на нас не напала мелкая шайка разбойников, и достаточно мал, чтобы передвигаться быстро, делая восемьдесят-сто километров в день, иногда в потемках, чтобы не ночевать в лесу. И в Мец мы прибыли, когда городские ворота уже были закрыты. Я хотел обернуться по-быстрому и продолжить коротать сиесты с Лампагией.

Поскольку Мец сейчас столица Автсразии, епископ жил рядом с дворцовым комплексом — четырехэтажным и тремя большими двухэтажными зданиями, обнесенными каменной стеной высотой метра три с половиной — резиденцией нынешнего короля франков Теодориха Четвертого, четырнадцатилетнего чахоточного мальчика, который органичнее смотрелся бы с очками на переносице в библиотеке.