Чехов. Книга 3

— Выше всяких похвал, — честно ответил я, утер рот салфеткой и вернул ее на стол.

— Ну и чудесно. Тогда, может быть, вернёмся к нашему разговору.

— Предложение интересное, — уклончиво ответил я. — Не думаю, что такими стоит разбрасываться.

— Это хорошо, что вы так серьезно восприняли вопрос о своем будущем,— -Александр прищурился.

— Но мне нужно подумать.

— Да о чем? — не понял Зимин. — За такую сочную должность некоторые из кожи вон лезут.

— А Чехов не «некоторые», — усмехнулся Морозов и его коллега замолк.

— Мне нужно взвесить все «за» и «против» и принять четкое решение.

Зимин мрачно взглянул на Морозова, но старший кустодий беспечно развел руками:

— Это разумно, Павел Филиппович. Такое решение нельзя принимать спонтанно. Потому как потом вы станете сомневаться. И это не хорошо. Считаю, что намного лучше, когда у человека есть выбор и он делает его осознанно. Сколько времени вам потребуется? Когда вы решите согласиться?

— Если время терпит, то я дам вам знать, когда определюсь, — честно ответил я и поднялся, вставая из-за стола. — А сейчас прошу меня простить.

Александр кивнул:

— Хорошо, мастер Чехов.

Я достал из кармана бумажник, вынул несколько купюр и положил их на стол.

— Не стоит, Павел Филиппович. Обед был за наш счёт. Мы ведь пригласили вас в это заведение.

— Мне так удобнее, Александр Васильевич, — ответил я.

Морозов не стал настаивать. Только произнес:

— Мастер Зимин отвезет вас домой.

— Я могу добраться сам, — ответил я, но Морозов покачал головой:

— Мне так удобнее, — мужчина вернул сказанную мной ранее фразу.

Я ненадолго задумался, а затем кивнул:

— Хорошо. Пусть будет так.

— А я, пожалуй, попробую глухаря, который вам настолько пришелся по вкусу, — старик, казалось, потерял ко мне интерес и подозвал к столику распорядителя.

Зимин довольно ухмыльнулся и встал из-за стола:

— Отлично. Тогда едем, мастер Чехов.

* * *Домой меня доставили с комфортом. И за всю дорогу Зимин не проронил ни слова. Лишь когда машина остановилась у арки, Стас заметил:

— У вас появилась вывеска, мастер Чехов.

Я выглянул в окно и убедился, что над воротами и впрямь висела доска, с вырезанными словами: «Адвокат-некромант Павел Филиппович Чехов».

Выглядело достойно, и я в очередной раз подумал, что помощник мне попался на редкость толковым.

— Благодарю, — сказал я, выходя из салона, и направился к дому.

— До новых встреч, — донеслось мне в спину.

Фома стоял у порога и прикручивал к двери табличку.