Десятый храм

Иовилле показалось, что она услышала также, как кто-то кричит «осторожно, господин барон», но никого рядом с пленным она не увидела. В любом случае, крик ему не помог — как только сети упали на него, один из ассасинов аккуратно оглушил гнома ударом молота прямо по шлему. В этом деле нужен богатый опыт, таким ударом, если не рассчитать с силой и местом, можно и убить, невзирая на шлем. Но знанием, куда и с какой силой бить, все хорошие ассасины владели, а других в клане Иовиллы и не было."

"Иовилла оставила несколько человек, чтобы поискали, кто мог кричать Трою, предупреждая его, а гнома потащили внутрь базы, успев занести его внутрь и подготовить к допросу до того, как он очнулся.

Это было важно — пленники ассасинов обычно владели высшей магией, и, если у них хватало безрассудства, могли и убить кого из ассасинов, если начать допрашивать их в неподготовленном состоянии. Так что, когда Трой очнулся, все было готово. Гнома старательно связали, положив вниз лицом в специальной комнате, акустика которой творила удивительные вещи. Лежавший в ней пленник никак не мог узнать, где на самом деле находятся те, кто его допрашивают, из-за эха. Чтобы добиться такой акустики, с комнатой приходилось долго и упорно возиться, обтесывая каменные стены и добавляя, где нужно, деревянные щиты и матерчатые занавеси, но это тоже было частью обучения опытного ассасина. В результате, Иовилла могла в полной безопасности сидеть в соседней комнате, общаясь с пленником через узкую щель рядом с его головой, и находясь в полной безопасности от любой магической атаки с его стороны, а пленнику казалось из-за эха, что она стоит за его спиной.

Гном зашевелился, закряхтел, и Иовилла, поняв, что он очнулся, тут же с ним заговорила:

— Ну что же, Трой, здравствуй! Рада видеть тебя в гостях, жаль только, что пришлось помочь тебе зайти внутрь! Ну да ладно, что не сделаешь для хорошего друга!

Несколько секунд молчания, и Иовилле показалось, что она снова, как и в расселине, слышит чей-то шепот, в котором к Трою обращались, называя его «господином бароном». Впрочем, что это за голос, она так и не поняла, и что он еще сказал ее пленнику, она не услышала.

Это ее насторожило, но что факт, то факт — за то время, что прошло с их встречи на базе, верткий гном уже успел стать бароном. Упоминание об этом появилось в его имени, наряду с двумя легендарными достижениями.

— Здравствуй, Иовилла! — услышала она в ответ, — так может, раз уж мы друзья, развяжешь меня, и мы чайку попьем, что ли?

— Можно и так сделать! — немного неожиданно даже для себя ответила Иовилла, — если дашь честное слово, что не попытаешься убить ни меня, ни моих людей.