Десятый храм

Чувствуешь себя так, будто тебя кинули в океан с голой жопой, надрезав ее ножом, чтобы пошла кровь, а вокруг наворачивает круги очень голодная пятиметровая белая акула в тонну весом.

— Да сам я, честно! — попытался возразить я, — говорю же, дела поднакопились! Можете там бонус какой, или премию вручить за сделанное, и мы в расчете!

— От меня не уходят! — прогремел глас бога.

— Все когда-то бывает в первый раз! — пожал плечами я, — тем более у меня поднакопилась усталость, эмоциональное выгорание, опять же, работа-то нервная! И сами же говорите, много сделал, пахал без продыха, пора было передать эстафету более достойным!

— Но ты вернулся! — тональность божественного голоса поменялась, — это хорошо! Одумался! В этот раз обойдемся без полумер! Теперь твоя лояльность будет неоспорима! Ложись на алтарь, и закончим дело — у меня для тебя много поручений!

Ого, какая длинная речь, Кровавый Бог умудрился обойти даже меня с моей болтовней, которой я пытался засорить его мозг! Я снова почувствовал, что амулет на моей груди прямо-таки полыхает.

Мелькали какие-то уведомления прямо с начала нашего разговора с богом — но я и так знал, что там будет написано. Амулет работал, предупреждая о том, что меня пытаются подчинить. Главное — что работал! Обидно было отдавать за него миллион, конечно, но зато сейчас я в него намного больше и верил. Если уж миллион заплачен — точно не подведет!

— Нет, у меня другие планы! — раз уж отбрехаться не удалось, придется высказаться прямо.

— Ложись на алтарь! — давил Кровавый Бог, и надо сказать, я понял, что такое божественная сила. К алтарю меня потянуло так, что я едва устоял на ногах, чтобы на него не рухнуть.

Причем наибольшее давление пришлось на руки. Именно их и тянуло в первую очередь. Ну да, мои перчатки же проклятые, и подцепил я их как раз в данже кровавых колдунов!

Попытался сделать шаг назад, но не смог, столько сил у меня не нашлось. Потряс пальцами в воздухе, пытаясь понять, могу ли ими что-то все же делать или нет. Оказалось, что могу, божественная сила просто тащила меня к алтарю, не вдаваясь в детали. Стал лихорадочно соображать, как выкрутиться из ситуации, поскольку почувствовал, что начинаю уставать. Амулет исправно защищал меня от внушаемого Кровавым Богом желания бухнуться на алтарь, вернувшись к нему на службу, но долбанные проклятые перчатки знали, кому подчиняются, и тащили меня к алтарю.

В поиске выхода я вспомнил, что потолок над алтарём не так и высок, всего метра четыре. Выхватил моток паутины, метнул его вверх, тут же скастовал липучесть, едва он ударился об потолок, убедился, что нить прилипла, и покрепче намотал липкую паутину на перчатки, подымая руки максимально вверх. Паутина приковала меня к потолку, и я расслабился.