Дядя самых честных правил 8

Настасья Филипповна пожаловалась, что он дурно влияет на батюшку, активно пытаясь того спаивать. Камбов, тоже приглашённый к столу, доложил, что взял на службу новых опричников, и жаждал пообщаться со мной отдельно. В общем, дел, требующих хозяйского внимания, в усадьбе накопилось прилично.

Сразу после завтрака меня перехватил Киж, отодвинув всех желающих. Заявил, что его дело самое срочное, и потащил в подвал.

— Золото, Константин Платонович. — шептал он, спускаясь по лестнице. — Нельзя его в сундуках хранить, надо что-то с ним делать.

— Что именно?

— Да что угодно! Потратить, прогулять, спустить в карты. Главное — не оставлять лежать в подвале!

Киж нервно дёрнул плечом и ускорил шаг. Его словно подзуживало быстрее сплавить золото Меншикова, хотя обычно он предпочитал копить выигранное богатство. Я отстал на полшага, включил магическое зрение и внимательно присмотрелся к мертвецу. Потребовалась минута, чтобы найти причину странного поведения. Вокруг головы Кижа обмоталась лента эфира, похожая на старый грязный бинт.

— Дмитрий Иванович, давно тебя судьба этого золота беспокоит?

— Э… Как сюда его привёз, Константин Платонович. Перетаскал в подвал, и сразу мысль в голову лезть стала: нельзя его тут хранить. Потратить…

— Ты уже это говорил.

— Да⁈ И в самом деле, — Киж распахнул дверь в одну из комнат подвала, пропуская меня вперёд. — Прошу, Константин Платонович, вот оно.

— Дмитрий Иванович, ну-ка отойди в сторонку.

Киж вздрогнул, будто его тряхнуло электрическим разрядом, но команду выполнил и отодвинулся на пару шагов. Я вытащил из кобуры small wand и направил на него.

— Константин Платонович? — Киж посмотрел на меня с укором. — Если я вам надоел…

— Помолчи, пожалуйста. И закрой глаза, чтобы я тебя не ослепил.

Нарисованная в воздухе связка из Знаков Огня и Силы вспыхнула бледным голубым пламенем. Я подцепил фигуру концом small wand’а и поднёс к эфирной ленте, опутывающей его голову. Непонятная дрянь зашевелилась и принялась елозить туда-сюда, почувствовав опасность. Киж поморщился, переступил с ноги на ногу, но с места не сошёл.

Фигура коснулась эфирной ленты, и тонкое «полотно» запузырилось, обугливаясь в пламени. Противно шипя, вредоносный серпантин стягивался к горящим Знакам и распадался на безопасный перегар. Минута, другая — и от ленты не осталось и следа.

— Ну-с, Дмитрий Иванович, как себя чувствуешь?

Киж открыл глаза, несколько раз моргнул и ощупал себя руками.

— Да вроде ничего так.

— Есть желание потратить золото?

— Потратить? Нет, пожалуй, что нет.

— Замечательно. А теперь, будь другом, постой тут, пока я буду разбираться с проклятым богатством.

Я не рискнул заходить в комнату, раз уж проклятие так подействовало на Кижа.