Реквием

И хотя Настя предпочитала свободное от службы время проводить дома, а в гости ходить не любила никогда, она с неожиданным для себя удовольствием примчалась к родителям."

"– Боже мой, Лариса, когда же ты успела стать совсем взрослой?! – изумилась она, увидев в прихожей родительской квартиры высокую статную черноволосую девушку, дочь своего двоюродного брата.

– Говорят, чужие дети растут быстро, – заметила та, обнимая Настю, которая, выходит, приходилась этой взрослой девушке теткой.

Настина мать, Надежда Ростиславовна, несмотря на долгожданный приезд сестры, не отступила от давно установившегося обычая учинить дочери инспекторскую проверку.

– Ты опять ходишь без головного убора, – с упреком сказала она, наблюдая, как Настя раздевается. – Догуляешься до менингита. Как маленькая, честное слово!

– Мама, я всю жизнь хожу без шапки и пока еще ни разу не простудилась.

– Когда-нибудь ты заболеешь, – авторитетно заявила мать. – Господи, в каком страшном свитере ты ходишь на работу! Неужели тебе не стыдно? Все люди ходят в приличных костюмах, надела бы юбочку с блузкой и пиджак и выглядела бы замечательно. Так нет, вечно ходишь в свитерах и старых джинсах.

– Мама, – Настя проявляла в таких случаях чудеса терпения, хотя разговор этот повторялся из раза в раз на протяжении более чем десяти лет, точнее – пятнадцати, то есть ровно столько, сколько Настя служила в милиции после окончания университета, – этот свитер не страшный, а супермодный и стоит бешеных денег. Лешкин подарок на День милиции. Просто ты привыкла носить костюмы и одеваться элегантно, а все, что от этого отличается, тебе кажется страшным. Открой любой каталог и увидишь в зимней коллекции точно такие же свитера. А что касается джинсов, то они не старые, им всего три месяца от роду. Если я буду носить костюмы, мне придется надевать тонкие колготки, и тогда я уж точно замерзну и простужусь. Ты же не хочешь, чтобы я мерзла и простужалась?

– Ты сегодня обедала? – строго спросила мать, переходя на следующую интересующую ее тему.

– Обедала.

– Что ты ела?

– Мама, – взмолилась Настя, – я тебя заклинаю, не забывай, сколько мне лет. Мне уже скоро сорок, а ты меня допрашиваешь каждый раз, будто я в первом классе учусь.

Надежда Ростиславовна рассмеялась и потрепала дочь по щеке.

– Сколько бы лет тебе ни было, я все равно всегда буду на двадцать лет старше. И кроме того, никто и ничто, даже твой преклонный возраст не сможет отменить тот факт, что я твоя мать. И тебе, Настюша, придется с этим считаться, так же как придется считаться с моим маразмом, ежели он начнется.

– А что, есть основания опасаться? – весело поинтересовалась Настя. – Видны симптомы приближения?

– А ты спроси у папы, он тебе расскажет.