Дом у воды

Переведя дух, он внимательно всмотрелся в каждое из окон, больше напоминающих бойницы, и уже зубами подтянул рубашечную ткань на кисть правой руки, когда заметил внизу каких-то подозрительных типов.

«Может, садовники?» — пронеслось в голове. Но Арсений нутром почувствовал, что эти двое к садоводству не имеют никакого отношения. Зато обучены убивать. По тому, как парочка уверенно двигалась к склепу, стало понятно, кто именно запер злополучную дверь.

— Уводи детей, — негромко велел он Свете, намереваясь встретиться лицом к лицу с подонками.

Но в этот момент дорожка вильнула немного вбок, и Гаранин бросил взгляд на руку одного из бандитов, сжатую в кулак. На солнце слегка блеснуло кольцо. Но и без того Арсений чутьем понял, что в руке у незнакомца. Граната, мать вашу!

— Быстро вниз! — заорал он Свете, застывшей в проеме арки. — Света! Я кому говорю!

Арсений не помнил сам, как скатился вниз и бросился в более тесное помещение. Тоже могилы, но уже с огромными ангелами и золочеными надгробиями.

— Где лестница? Веди нас! Включи фонарик! — сыпал он приказаниями, подхватывая на руки Олеську и закрывая ее и Эжена своим телом. — Давай быстрее!

— Что… — попыталась воспротивиться она, но увидев в белом свете фонаря перекошенное от ярости лицо, поспешила вниз, к первым де Анвилям.

— Тут особо нечем дышать, — пробормотала она, никак не понимая, что на него нашло.

— Зато живы останемся, — пробурчал Гаранин и внимательно осмотрелся по сторонам.

Толстые камни, наверняка служившие раньше частью крепостной стены, образовывали правильный квадрат, небольшого, но надежного, как бомбоубежище, помещения. Арсений бегло всмотрелся в полумрак и, выбрав самый выдающийся саркофаг, украшенный птичками и амурчиками, велел спрятаться за ним.

— Раздастся грохот — сделаете вот так, — скомандовал напоследок. Но возражать никто не стал.

Арсений крест-накрест сложил руки за головой, втянул башку между коленями и накрылся щитом рук. — Попробуйте сами, — скомандовал он улыбаясь. — Считайте это игрой в войнушку.

Дети послушно повторили за ним.

— Света, — рыкнул Гаранин, — тебе особое приглашение?

— Тихо, — прошептала она и даже выставила вперед палец. — Я слышу речь. Похоже на испанский, но так разговаривают латиносы.

— Только этого нам не хватало, — прошипел Гаранин. — Еще скажи, что колумбийская мафия тебя преследует.

— Да иди ты, — буркнула она и осеклась, услышав, как голоса становятся все ближе и ближе.

— Твою мать, — выругался Гаранин, вставая и одновременно шаря фонарем по гробнице в поискахлюбого оружия.