Дом у воды

Он попытался сесть на кровати или хотя бы повернуться на бок, но запищали, затренькали аппараты. Первой встрепенулась жена, подбежала, замяукала что-то ласковое. Витька не сразу сообразил: мозг, одурманенный Анвилевскими препаратами, отказывался понимать басурманский язык. Следом подтянулся дорогой шурин. Пахомов даже почувствовал небывалую теплоту к Арману. Мог бы заниматься своими делами, ан нет, ночует рядышком с койкой больного.

Витька слабой рукой прижал к себе жену, зашептал на ухо нежности, потом протянул ладонь Арману.

— Спасибо, брат! Никак не пойму, где подхватил грипп, — пожаловался он. — Да еще в такой зверской форме. Чуть не сдох…

— Это не грипп, — мотнул головой де Анвиль. — Где-то ты черной энергетики хватанул, вступил в какую-то гадость или пообщался с очень неприятным человеком, давным-давно потерявшим душу.

— Дык… — пробормотал задумчиво Пахомов. — Я же только со своими встречался. — И замолк на полуслове, увидев, как из памяти выплывает одутловатое лицо Станислава Дунаева.

— Вспомнил? — ласково усмехнулся Арман. — Я оставил пропись и порошки. Хлоя тебя быстро на ноги поставит. А мне пора… через час заседание в Министерстве здравоохранения.

— Подожди, — прохрипел Витя по-русски. — Подожди, — повторил отчаянно на французском. — Этот человек… Станислав Дунаев… это он заказал нашу Лану.

Глава 18

— Стас? — встрепенулась Лиля. — Брат Олега? — Проснувшись, она инстинктивно пригладила волосы и бросилась к кровати больного. — Витька, точно? Ты ничего не путаешь? — попыталась усомниться она.

— Нет, родная, — пробурчал он. — Я за базар привык отвечать. А вот ты, Лилечка, берега попутала.

— Ты точно болен, — раздраженно вскинулась она, осознавая, что за многие годы дружбы Пахомов ни разу не позволил обращаться в таком тоне. — Витя, — попросила она, — что происходит, родной?"

"— В Москве я сразу поехал к Дунаеву. Не спрашивай почему, Лиля! Просто поехал. Хочешь, свалю на чуйку. Стас принял меня хорошо, а вот о тебе отзывался плохо. Винил в смерти брата. Я сначала и не понял ничего. Думал, он просто чокнулся, а потом Станислав Иванович достал с полки журнальчик, «Искушение» называется.

— Порно, что ли? — изумилась Лиля, не понимая, что буровит друг детства.

— Нет, милая, это журнал католиков. И там большая статья. Угадай о ком?

Золотая королева в смятении глянула на своего мужа.

— Правильно, — осклабился Пахомов. — Умничка моя! — хохотнул он. — Там статья об Армане. Великом и могучем!

— Ну и что? — холодно бросила Лиля, взяв себя в руки.

— А то, мадам, — тяжело вздохнул Виктор Николаевич. — Ваш тайный геройский порыв уже давно не секрет.

— Какой порыв, Виктор? — ничего не понимая, встряла Хлоя.