Домовая фея в семье драконов

Потому что я в этой ситуации попросту забыла, как это делать.

— Я не умею говорить о чувствах, а ещё хуже разбираюсь в них, когда в том куске льда, который люди называют душой, начинает хоть что-то шевелиться, однако...

Он неожиданно оторвал ладонь от стены и провел кончиками пальцев по моему лбу, убирая в сторону выбившуюся прядь волос.

— Однако я абсолютно точно смог различить желание сломать руки каждому, кто хотел сегодня отнять тебя у меня хотя бы на один жалкий танец. Можно ли это назвать симпатией

— думай сама, но знай, что от упрямого и твёрдого решения сделать тебя только моей меня отделяет тонкая нить самообладания и глубокого уважения.

Дракон смолк. Я ощутила, как его рука на моей талии подрагивает от желания прижать меня ещё сильнее. Показалось, что если я сейчас скажу хоть слово - мы оба сгорим от того напряжения, что витало в воздухе. Однако даже так, я всё равно чиркнула спичкой.

— Я не хотела! - в моём голосе вдруг появилась та самая уверенность, которой ранее мне так не хватало. - Я не хотела бы променять хотя бы один танец с тобой на что-то или. кого-то другого.

— Тогда это лучше всего опишет, что именно я чувствую.

С этими словами Каллен бескомпромиссно впился в мои губы поцелуем, клеймя меня в этот момент только своей. Его огненный напор и решимость давали окончательно понять, что дракон не будет ни с кем делиться даже толикой моего внимания.

Его сильные руки.

Его пламенем обжигающие губы.

Я просто растаяла, чувствуя, что нахожусь под властью самого мужественного и надежного из мужчин.

И пусть он утверждал, что душа его холодна, этот поцелуй кричал об обратном.

Мои тонкие руки обвили его шею.

Я закрыла глаза и поддалась порыву нежности и страсти. Я чувствовала, насколько нетерпелив был дракон в этот момент, словно хотел забрать всю меня и спрятать где-нибудь под ребрами, под сердцем, чтобы никому больше не показывать. И в то же время он старался быть аккуратным, как если бы думал, что я могу рассыпаться в его руках словно потрескавшаяся фарфоровая кукла.

Это было так.

Я и правда была надломанной куклой с огромными трещинами, которая могла развалиться в любой момент, если бы судьба не сделала меня вновь кому-то нужной.

Если бы меня нагло не забрали в этот дом, к таким же надломленным людям, как и я сама.

Однако поцелуй Каллена не мог сломать меня ещё больше.

Ведь, напротив, с каждым нежным движением губ, наши с ним душевные трещины лишь затягивались, стремясь снова стать единым целым...

Глава 49

В тот вечер мы с Калленом не зашли дальше поцелуя, взаимно решив, что торопиться не стоит. Когда же я проснулась утром, всё было как в тумане, будто вчера я была Золушкой, а сегодня вновь стала обычной работящей девушкой.