Сопротивляйся мне

Возможно, если он станет со мной советоваться, я смогу уберечь его от ошибок.

Владимир выходит из ванной, я слышу шаги. Пара секунд, и он на пороге спальни. Голый, в одном полотенце, повязанном вокруг бедер. Смотрит на меня.

Он, конечно, у меня очень умный. Я слышала, как о нем отзываются на свадьбе. Видела, как смотрят.

Но ведь и я не дура.

Есть грани, которые он не перейдет никогда. Он не чудовище. В остальном — я буду на его стороне.

Поднимаюсь на ноги и подхожу к мужу. По пути снимаю платье. Когда между нами оказывается меньше метра, я протягиваю ему кольцо.

Временное, что было спонтанно куплено в торговом центре, лежит на тумбочке.

Мы с Владимиром смотрим друг другу в глаза. Он берет кольцо и вновь надевает мне на палец. Медленно. Почему-то этот жест выходит особенно эротичным. В загсе было не так. Я заворожена происходящим.

— Я по нему скучала, — говорю я. — Каждый день. Твой сюрприз удался.

Голова идет кругом. Дыхание сбивается.

— Моя, — констатирует Владимир мягко, с легкой довольной улыбкой. Облегчением? Ведет ладонью по моей щеке, и я трусь об нее, закрывая глаза от наслаждения. Его рука теплая, приятно пахнет.

Владимир пихает большой палец мне в рот, и я начинаю его посасывать. Он расстегивает мой лифчик и освобождает грудь. — Теперь уже точно моя. Я для тебя всё сделаю, Анжелика. Никогда не сомневайся.

Я послушно киваю. Он забирает руку и сжимает мой сосок. Я шумно втягиваю воздух, почувствовав влажное прикосновение. Расправляю плечи, позволяя полюбоваться своим телом. Он любит меня рассматривать, всегда любил. А мне нравится для него наряжаться или же, напротив, раздеваться. Владимир накрывает мою грудь ладонями, сжимает. Я приближаюсь и целую его в плечо.

В предплечье. Он освобождает меня и позволяет опуститься ниже. Я касаюсь губами тыльной стороны его ладони, низа живота. Развязываю полотенце и смотрю на член.

Владимир не двигается. Ждет.

А я… пусть моложе его намного, но тоже судьбой битая. Мои розовые очки разбились в семнадцать лет, когда жизнь перестала делиться на черное и белое. Судьба может быть жестокой и несправедливой. Ей плевать на мечты одной скромной отличницы из городишки, которого нет на карте. Потом я училась смирению.

В задницу смирение.

Покорность купленной куклы не нужна никому.

Особенно Владимиру. Он хотел моего сопротивления. И добровольной сладкой капитуляции."

"Я беру его член в рот и начинаю сосать. Стоя перед ним на коленях. Сходя с ума от вожделения. Дрожа всем телом. Я не знаю, можно ли любить и уважать человека сильнее, чем я его. Я не понимаю, почему он всё еще сомневается. Наверное, это отпечаток профессии.

Он чистый и вкусный. Приятно пахнет. Доставлять ему удовольствие — сплошное наслаждение.

Я обвожу языком головку и слышу глухой стон над своей головой.