Две жены моего мужа

— Ой, прости, дорогая, — извиняется Нурия, которая тихо мешает что-то в сотейнике. — Не хотела тебя будить, но Диле надо завтрак приготовить перед школой.

— Который час?

— Семь тридцать. Я пришла полчаса назад. Смотрю — ты спишь здесь. Что-то случилось?

— Случилось, Нури, — вздыхаю и прячу лицо в ладонях. — Карима задержали по подозрению в убийстве Линары. Я была этой ночью в полиции.

— Что? — Нурия, державшая в руках тарелку, роняет ее, и она разлетается на мелкие осколки.

— Не поранилась? — встаю из-за стола и подбегаю к ней.

— Нет, стой. Ты без тапочек, можешь порезаться.

В это самое мгновение на столе звонит мой телефон. Иду к нему, обходя осколки, и вижу, что звонит брат Карима.

— Доброе утро, Искандер. Если его можно назвать таким.

— Зара! Почему ты не позвонила по поводу Карима? Почему не сказала, что он в полиции? — раздраженно спрашивает деверь.

— Потому что он не хотел никому говорить. Ты откуда знаешь?

— Теперь вся страна об этом знает, — рычит он в трубку.

— Что это значит?

— На новостных порталах пишут, что “известный бизнесмен задержан по подозрению в убийстве токалки” и что “бывшая жена дежурит у здания о полиции”. Ничего не хочешь мне рассказать?

А что мне рассказать? Что кто-то скинул Линару с балкона и хочет, чтобы все думали, что это сделал Карим?

Глава 45

Карим

Сижу за решеткой в темнице сырой.

Вскормленный в неволе орел молодой,

Мой грустный товарищ, махая крылом,

Кровавую пищу клюет под окном,

Никогда не думал, что буду вспоминать стихотворение Пушкин из школьной программы, но место и время идеально подходит. Сидя в камере предварительного заключения, я потерял счет времени. Сижу на жесткой скамье, облокотившись о холодную стену и задрав голову к потолку. Короткие, прерывистые сны — скорее проклятие, чем возможность отдохнуть и приблизить утро. Адвокат ушел пару часов назад, пока вели обратно, слышал, что ко мне жена просилась, но ее не пустили. Приехала все-таки. Значит, поверила мне. Все-таки какие они сильные — эти маленькие женщины.

Я знаю, что адвокат справится и добудет доказательства моей невиновности. Да пусть хоть всю дорожную полицию поднимает и требует видео с уличных камер. Моя машина должна была где-то засветиться. Пусть полиция ищет настоящего убийцу. Найдет его и я найду того, кто устроил мне эту веселую жизнь. Но как не больно это признавать: все ниточки ведут к брату. Только зачем ему все это? Из-за власти? Денег? Какой-то искаженной в его понимании справедливости?

Прошло достаточно много времени, прежде чем дверь в камеру открылась и я услышал в коридоре:

— Смагулов! На выход!

Должно быть, ведут на очередной допрос. Хотя я уже и так все рассказал. В том числе попросил обратиться к психиатру, который бы подтвердил тяжелое состояние Линары.