Двойник короля 15

— У меня жена и дети!

Это был один из чиновников — мужчина средних лет, с мягким лицом и добрыми глазами. Видимо, действительно заботился о семье. Сейчас понимал, что может их больше не увидеть.

— Прошу вас! — подключилась дама. — Я больна!

Богатая вдова в траурном платье пыталась вызвать сочувствие, но её болезнь была скорее выдуманной, чем настоящей. Просто искала способ выбраться из ловушки.

— Ну что же вы за люди такие? — покачал головой Клаус. — Перебиваете капитана дирижабля в такой ответственный и важный момент… Манеры у вас так себе.

В его тоне прозвучало искреннее разочарование, словно школьный учитель отчитывает нерадивых учеников. Воспитанный вор возмущался невоспитанности своих пленников. Мне показалось, что для Клауса хорошие манеры были важнее человеческой жизни. Он мог простить многое, но не грубость, не неуважение к правилам приличия.

Тут же люди в чёрном оказались рядом с мужиком. Один схватил за голову кричащего пассажира и полоснул по горлу ножом. Кровь начала бить фонтаном из раны, пока чиновник булькал и пытался остановить неминуемую смерть.

Женщины в зале завизжали. Несколько человек отшатнулись, увидев лужу крови. Запах железа и смерти наполнил воздух. Пассажиры поняли: это не игра."

"Чиновник упал на колени, зажимая горло руками. Кровь текла между пальцами, пропитывала дорогую рубашку. Глаза его широко раскрылись от ужаса и боли. Он пытался что-то сказать, но изо рта шла только красная жидкость. Через минуту затих. Тело обмякло, руки разжались. Лужа крови медленно расползалась по паркету.

Пожилой аристократ закрыл лицо руками. Его спутница обняла за плечи, но сама дрожала от страха.

Молодая пара в углу прижалась друг к другу. Девушка плакала, парень пытался её успокоить, но голос срывался.

Дети из купеческой семьи заплакали. Они не понимали, что происходит, но чувствовали: случилось что-то страшное. Мать закрыла им глаза руками.

Следующей стала дама лет сорока. Тут воры поступили иначе. Не стали убивать, а просто разрезали платье и оставили её в одном утягивающем белье. Женщина пыталась прикрыться и тут же заткнулась. Богатая вдова стояла в центре зала в одном корсете и панталонах. Дорогое платье лежало у её ног изрезанными лоскутами. Она прикрывала руками то, что должно было остаться скрытым. Слёзы текли по её щекам, но дама не издавала ни звука, понимала: любое слово может стать последним. Достоинство было растоптано, но жизнь всегда дороже.

Остальные женщины смотрели с ужасом. Каждая осознала, что такое может случиться с любой из них, достаточно лишь одного неосторожного слова.

— На чём я остановился? — поднял взгляд Клаус и начал смотреть на пассажиров, словно кто-то ему должен был подсказать. — Точно! Нас интересует только данное судно и ваши ценности.