Эпоха мёртвых. Начало

Если честно, то у меня волосы на голове последние сутки шевелились не останавливаясь. Я просто представил себе, что же это такое. Эта зараза может распространиться по всему миру, и никто даже тревогу не поднимет. Представьте себе одну из великих пандемий прошлого, хоть ту же «испанку», благо её природа тоже вирусная. Люди болели и именно поэтому с ней боролись, как могли в то время. А теперь представьте, что люди не болели, а наоборот, лучше себя чувствовали. Кто-нибудь стал бы бить тревогу? Сомневаюсь. Весь мир бы спокойно заразился. А затем начали бы подниматься мёртвые, чтобы «питаться от живых».

И тогда бороться с вирусом было бы поздно. Почему? А он уже у всех у нас внутри.

— Это не так просто, — подумав, сказал шеф. — Он есть у американцев, например. Программа международная, и даже если мы уничтожим образцы здесь, то это мало что изменит. А вот поднимать тревогу надо, в этом ты полностью прав. Этот НИИ совершенно неприспособлен для работы с опасными инфекциями, нет ни требуемых мер безопасности, ни охраны. Я завтра же выйду на наше руководство и потребую перевести дальнейшую работу в место, где меры безопасности выше.

А сейчас мы ничего дополнительно сделать не можем. Что мы ещё знаем?

— Примерно то же, что знали раньше, — ответил я. — Но есть нечто интересное. Когда из поля зрения крыс-зомби исчезла потенциальная добыча, две из них как будто продолжали искать её, а затем впали в некую кому. Две других вели себя пассивней и впали в летаргию сразу. Однако стоило поблизости появиться живым крысам из числа инфицированных, и они снова начали оживать. Я пересадил крыс-зомби в одну клетку и запустил туда крысу из числа инфицированных.

И они её съели, не оставив почти ничего, но даже то, что осталась, ожило. От неё осталась голова и треть туловища, ни одной лапы, вся кровь вытекла, но она всё равно ожила.

Дегтярёв кивнул, как бы подтверждая, что усвоил информацию, затем спросил:

— Самый, возможно, важный вопрос: как убить зомби?

Верно, до этого должно было дойти. Как убить то, что уже давно мертво? Звучит странно.

— Я пытался сделать это несколькими способами, — ответил я. — Ни яд, ни травматические повреждения на них не действуют.

Удалось достигнуть результата двумя способами — разрушение мозга и удар электричеством. В первом случае я просто пробил череп крысы шилом, во втором — поднёс к животному электроды и дал сильный разряд.

— Не воскресли заново?

— Нет. — Я даже сделал жест некоего сверхотрицания. — Я не стал забрасывать их в печку пока, продолжаю наблюдать, но они стали самыми обычными трупами.

— То есть поражение центральной нервной системы, и всё? — уточнил Дегтярёв.

— Да, только центральной нервной системы, — кивнул я.