Эпоха мёртвых. Начало

Так нет, тепло, как в середине апреля. Если не везёт, то не везёт до конца. Всем, включая весь этот мир.

В кармане завибрировал мобильный. Я глянул на номер — Сергей Сергеевич.

— Слушаю.

— Сергей, ты был прав, — сказал он. — За Дегтярёвыми приезжали.

По идее, у меня сердце должно было в желудок провалиться, но голос у него был нормальный, так что я решил не паниковать, а послушать дальше. Провалиться всё и везде успеет, если надо.

— И что?

— Всё в порядке, — ответил он. — Мы засаду устроили. Было четверо, есть трофеи. Насчёт трофеев я договорился, куда пристроить.

У нас пострадавших нет. Но они убили дачного сторожа, который с нами тогда ехал.

— Петрович, — вздохнул я. — Рыжий такой, с бородой.

— Да, его.

Я с облегчением выпустил воздух, хоть и несколько застеснялся своей чёрствости. Петровича мне жаль, но я уже к смертям вокруг привык. Главное, что не пострадал никто из своих. Он услышал мой вздох, засмеялся:

— Ты не видел, на что девушки способны. Партизанская засада в классическом виде, те и выстрела в ответ сделать не успели. Их просто снесли, за секунду. На куски разорвали.

— Ну и отлично, — заявил я. — Не хрен было. А следующие не заявятся?

— Это уже не ко мне вопрос, — ответил он. — Сам соображай.

— Понял. Скоро выедем обратно. Вы там поаккуратней.

Пасечник Александр Васильевич

21 марта, среда, вечер

Когда группа, покинувшая НИИ, разместилась в усадьбе Бурко, Пасечник благоразумно не стал докладывать хозяину о наметившемся успехе. Если ты так и не обнаружил, куда делись Крамцов с Дегтярёвыми — это понятно. В стране бардак, ничего не работает, и гарантии, что они будут обязательно у Крамцова на даче, быть не может.

Может быть, они все уехали к какой-нибудь двоюродной бабушке под Краснодаром или ещё куда. Или вообще погибли в начавшихся беспорядках. А вот если сказать, что ты «почти победил», а потом всё это провалить, то выйдет намного хуже. Это лучший способ испортить свою репутацию навсегда.

Зато Пасечник непрерывно давил на Ерёменко. И положение того с каждой минутой становилось всё хуже, потому что «команда уродов» пропала со связи. И опера, которые с ними должны были встретиться, тоже пропали со связи. Последнее, впрочем, легко объяснялось деятельностью «уродов», а вот исчезновение самой команды…

Один из «Транзитов», утыканный антеннами по всей крыше, был специализированной машиной, совмещавшей в себе функции поста прослушки, машины радиоразведки и КШМ.

И трое человек из обслуги пытались связаться с машиной «уродов» любым способом, по мобильному, через автомобильную радиостанцию, запеленговать сигнал радиомаяка, но безуспешно. «Уроды» исчезли из эфира. И вот это нравилось Пасечнику всё меньше и меньше.