Феромон

Блестящий в свете заходящего солнца ярко-голубой кабриолет Феррари.

- И куда поедем? - аккуратно опускаюсь на кожаную обивку сиденья.

- Куда скажешь, моя непокорная, - занимает он место за рулём.

- Тогда на закат, - прикрываю я глаза от солнца.

- С тобой - куда угодно, - надевает он солнцезащитные очки и втапливает педаль газа в пол.

64. Эйвер

После тяжёлой неповоротливой Импалы лёгкая манёвренная Феррари летит, чутко повинуясь малейшему движению моей руки. Ощущение, что я могу управлять ей и одним пальцем, а вторая рука мне для того, чтобы нежно коснуться запястья Ан. Скольжу подушечками по горячей коже.

Сжимаю её тонкие пальцы.

Без ответа. А потом под предлогом, что хочет снять туфли, она и вовсе забирает руку. И, повозившись с ремешками, кладёт её так, что мне уже не дотянуться.

Нет, я, конечно, могу. Могу даже на ходу. Но я мечтаю припарковать машину и впиться в её сочные губы, покрытые тонким глянцем апельсиновой помады, что ей безумно идёт. И возбуждённая фантазия даже рисует мне эту горячую сцену. Её сопротивление, а потом согласие, а потом...

В общем, ничего этого я, конечно, не делаю. Просто невыносимо по ней соскучился.

И сам факт того, что она рядом, что села в машину, а не послала меня далеко и надолго, даёт надежду, что всё, что я запланировал, выйдет.

- Ты всё ещё на меня обижаешься? - приглушаю я музыку, чтобы поговорить.

- Нет, - качает она головой.

- Тогда что я сделала не так, что ты закрылась?

- Я и не открывалась, Эйв. Это был просто секс, - произносит она спокойно и буднично. - Мы взрослые люди, не связанные никакими обязательствами. Вот и всё.

- Нет, это был не просто секс, - мне так хочется смотреть, как ветер раздувает выбившиеся из её гладкой причёски рыжие пряди, но я вынужден следить за дорогой, а потому кажусь, наверно, более равнодушным, чем есть.

- Не обольщайся, - она убирает трепыхающуюся прядь за ухо и больше не добавляет ни слова, хоть я жду. Я весь превратился в чёртов слух, чтобы услышать даже слабый вздох, если она его издаст, ведь она не бесчувственная, хоть и вымораживает меня своим равнодушием. И моё терпение вознаграждается тяжким вздохом.

- Ты чем-то расстроена?

- Нет.

- Был тяжёлый день?

И снова:

- Нет.

- Что сказал тебе Дэвид?

- Он не нашёл никаких отклонений от нормы. Я самая обычная.

Так что не нужно так стараться, Эйвер. Есть миллионы женщин, с которыми ты можешь попытать счастья. Умные, добрые, нежные, искренние, кто-нибудь обязательно тебя полюбит таким, как ты есть.

- А мне нужна только одна. И это ты.

- Спасибо. Мило, - мягко улыбается она. - Ты определённо быстро учишься. Хотя тебе, наверно, ни к чему. Зачем эти сомнительные комплименты, если всегда найдётся какая-нибудь Айлин Соулл, утончённая и изысканная, красивая и доступная, искушённая, а ещё всегда открытая для такого рода предложений.