Гарри Поттер и Орден феникса

 — СИРИУС!

— Он не сможет оттуда вернуться, Гарри. — Голос у Люпина сорвался. — Он не вернется, потому что он ме…

— ОН-НЕ-МЕРТВ! — взревел Гарри. — СИРИУС!

Вокруг них что-то происходило: кто-то бегал, снова и снова вспыхивали заклятия. Но для Гарри все это было полностью лишено смысла, он не обращал внимания на сверкающие совсем рядом лучи, ничто на свете не имело значения, кроме одного: пусть Люпин прекратит делать вид, будто Сириус, который сейчас стоит в двух шагах от них за этой старой занавеской, больше не появится оттуда. Нет, сейчас он выйдет, отбросит со лба свои темные волосы и снова ринется в схватку!

Люпин оттащил Гарри подальше от платформы. Гарри — его взгляд был все так же прикован к арке — начинал сердиться на Сириуса за то, что он заставляет их ждать…"

"Но каким-то краешком своего сознания, все еще стараясь вырваться из рук Люпина, он уже понимал, что случилась беда — ведь никогда прежде Сириус не заставлял его ждать. Сириус рисковал всем и всегда, только бы увидеть Гарри, помочь ему… и если Сириус не появляется из этой арки теперь, когда Гарри зовет его так отчаянно, будто от крестного зависит его жизнь, это можно объяснить только одним: значит, он не способен вернуться… и он действительно…

Дамблдор собрал оставшихся Пожирателей смерти посреди комнаты — они были словно связаны невидимыми веревками. Грозный Глаз Грюм подполз к лежащей на полу Тонкс и пытался привести ее в чувство. За платформой все еще сверкали вспышки, оттуда доносились возгласы и хриплое дыхание — это Кингсли сменил Сириуса в поединке с Беллатрисой.

— Гарри!

Невилл потихоньку спустился по каменным ярусам туда, где стоял Гарри, который уже не сопротивлялся Люпину, но тот на всякий случай придерживал его за локоть.

— Гарри… Бде очедь жадь… — сказал Невилл. Его ноги до сих пор дергались сами по себе. — Этот чедовек… Сириус… од быд твой друг?

Гарри кивнул.

— Сейчас, — спокойно сказал Люпин и направил палочку на ноги Невилла. — Финита. — Заклятие было снято, пляс прекратился, и ноги Невилла твердо стали на пол. — А теперь… теперь давайте найдем остальных. Где они, Невилл?

Люпин повернулся спиной к арке. Он был очень бледен и говорил так, точно каждое слово причиняло ему боль.

— Оди все таб, — сказал Невилл. — Да Рона напад бозг, до я дубаю, с диб все в порядке. А Гербиода без создадия, до пудьс есть…

Из-за платформы раздался громкий треск и вопль. Гарри увидел, как Кингсли с криком боли рухнул на пол; Беллатриса Лестрейндж тут же пустилась бежать. Дамблдор мгновенно повернулся и послал ей вслед заклятие, но она отклонила его; вот она уже на середине амфитеатра…

— Гарри, стой! — воскликнул Люпин, но Гарри воспользовался тем, что он ослабил хватку, и успел вырвать руку.