Гнев Пламенных (СИ)

На мгновение ее обуял страх, а затем в голове раздался спокойный голос Вириэллио:

“Не надо бояться, мы тебе поможем. Думай о важном и не сопротивляйся Аллатриссиэлю.”

Присутствие Серого почти не ощущалось. Наверное, они разговаривали мысленно с помощью артефакта. Райга постаралась последовать его совету. На мгновение ее голову пронзила резкая боль, затем она ощутила присутствие Аллатриссиэля. Не сопротивляться было очень трудно, больше всего ей хотелось выбросить его из своей головы, но Серый предупредил:

“Не цепляйся за эту мысль. Думай о том, что важно.”

Важно… Важного было много, но самым главным сейчас было показать то, что враги так хотели скрыть.

Райга начала прокручивать в голове танец с принцем Риовеллом. Печать среагировала почти сразу. Ладонь Хунты стала ледяной, забирая часть боли, не позволяя девушке упасть на колени. Дыхание юноши стало тяжелым. Аллатриссиэль выругался на языке королевства и сказал:

— Не лезь больше!"

"Но его младший товарищ и не подумал убрать руку со спины Райги. Голос Эльфа снова зазвучал у нее в голове. Райга почувствовала что артефакт под ее ладонью начинает нагреваться.

Она потеряла концентрацию, воспоминания хлынули потоком. Цитадель, коридор, отчаянный поиск. Черные гротескные фигуры с белыми глазами, которые тоже говорили его голосом… Сначала холодом вспыхнул камень, который ей дала Линьериссиэль. Картины прошлого расплылись, покрылись пеленой тумана, не позволяя увидеть ищейкам эти воспоминания целиком. Там было слишком много личного и ценного.

Вириэллио сжал ее ладонь чуть крепче, и кристальный диск снова стал ледяным. Затем его сила стеной смела все воспоминания в сторону. Было ощущение, будто ее окунули в ледяную воду.

Райгу начала колотить крупная дрожь, но она снова смогла сосредоточиться на нужном воспоминании. Хвент, чужой взгляд в его глазах, чужой голос… Сначала все это снова возникло в ее памяти, и Печать начала раскаляться. Но только когда воспоминание закончилось, она вспыхнула болью.

— Не смей! — крикнул Аллатриссиэль.

Но ладонь Хунтабере между лопаток обжигала холодом даже через два слоя хьяллэ. Волна тут же пошла на спад, а юноша за ее спиной судорожно всхлипнул. Аллатриссиэль выпустил голову Райги, а Вириэллио убрал ее ладонь с артефакта.

Девушка повернулась и увидела, что Хунта корчится от боли на коленях, а из уголка рта его струится струйка крови.

Аллатриссиэль опустился рядом со своим учеником и сказал:

— Я тебя больше к ней не подпущу! Мы договаривались на один раз, ты должен был присоединиться и помочь удержать ее.

Сид сплюнул кровь и сказал:

— Ну… Я и удержал. Если бы я не взял часть действия на себя, вы бы не увидели конец воспоминания.

Аллатриссиэль поднялся. На его скулах ходили желваки.