Горячий Май

Май цепляет трусики пальцами и нарочно медленно стягивает их по моим ногам.

— Садись на стул, Вероника…

Май заставил меня сесть на крутящийся стул и лёгким толчком руки отправил его в первый круг. Схватился за сиденье, остановив кружение, и приблизился к моим губам. Май медленно начал целовать уголки губ. Слева направо. Чуть выше, по щекам, до закрытых глаз…

Я подняла руки, цепляясь за его плечи. Но Май перехватил мои запястья.

— Руки на колени, послушная девочка…

Он продолжил дразнить меня своими пухлыми губами, сводя с ума. Едва прикасался и уводил желанный десерт.

Я уже постанывала, не в силах сдержаться. И у меня кружилось голова. Внутри всё искрило и звенело от напряжения. Круг, круг… Остановка… Сумасшедшие или нежные поцелуи, от которых тело вытягивается и хочется схватить его за волосы и подтянуть к себе поближе. Но… шлепок деревянной рукоятью кисти по пальцам.

— Руки на колени, Вероника. Сядь на самый край стула и разведи колени в стороны…

Предвкушение горячим комком бьётся в горле, лишая возможности дышать свободно. Послушной марионеткой действую по указке Мая. Он, ухмыляется самой порочной из всех своих улыбок и неспешно закатывает рукава на своей рубашке.

Май преодолевает разделяющее нас расстояние, выбирая плоскую и широкую кисть. Он обхватывает левой рукой меня за шею и прижимается лбом к моему лбу. Май ловко прокручивает кисть пальцами правой руки, прежде чем опустить её вниз.

— Смотри мне в глаза, Ника…

Горячий шёпот его дыхания обжигает мои губы. Приказ не позволяет векам закрыться, остаётся только покорно выполнять его приказ и наслаждаться. Май ведёт ворсом кисти по коже живота, подрагивающей от прикосновений.

Ещё ниже и ниже.

Последнее движение — по набухшим половым губам. Лёгкое щекотание ворсом заставило меня дёрнуться и судорожно вздохнуть.

— Ш-ш-ш-ш… Сейчас из нас двоих я — художник…

Май начал водить кисточкой там, внизу. Между широко раздвинутых в стороны ног. Он водил кистью вокруг пульсирующего клитора, дразнил самый кончик, заставляя меня полыхать от этой изощрённой ласки. Он выводил замысловатую вязь на плоти.

— Нравится?

— Безу-у-у-умно…

Не выдерживаю, подаюсь вперёд, наталкиваясь на губы любимого. Они кажутся самым вкусным в мире лакомством, разгорячённые и налитые кровью.

Май сдаётся и начинает целовать меня в ответ, продолжая ласкать меня кистью.

Движения становятся быстрыми и хаотичным, почти безжалостными. Чувствую, что оргазм вот-вот накроет меня с головой и прошу Мая не останавливаться."

"И будто нарочно, он замедляет движения. В тот самый миг, когда до края пропасти осталось совсем немного. Я разочарованно застонала. Май улыбнулся, проведя влажным ворсом по моим напряжённым соскам, и наклонился.