Горячий Май

Подтолкнул мой бокал к губам, заставив выпить, и вновь наполнил бокалы.

— Ты хочешь меня опоить и напиться сам?

— У меня была жутко трудная неделя…

— Она началась совсем недавно, — улыбнулась я.

— Для тебя — да, а мой папаша решил сделать из меня ишака, — усмехнулся Тоха, потерев переносицу. — Работы — вагон и маленькая тележка.

Антон отошёл к полке и взял небольшую бархатную коробочку. Парень отошёл к дивану, хлопнув по колену.

— Иди ко мне, Ника.

Я послушно забралась на колени Антона.

— Открывай, — попросил он, вручи мне коробочку.

— Что там?

— Не знаю.

— То есть это не от тебя?.

— От меня. Но открой и поймёшь.

Глава 26

Бархатная коробочка раскрылась легко. Внутри лежала золотая серёжка в виде замысловатого цветка.

— Серёжка? Одна? — удивилась я.

— Надо очень хорошо поискать, чтобы найти ещё одну. Но сначала наденем тебе эту.

Крупные пальцы Антона на удивление легко справлялись с крохотными застёжками.

— Тебе очень идёт, — довольно сказал Антон и притянул меня к себе, целуя.

Его горячий язык нежно прошёлся по кромке моих губ, немного надавил, заставляя приоткрыть ротик.

— Вкусна-а-ая, — прошептал Антон и обхватил моё лицо ладонями, усиливая напор поцелуя.

Я таяла под его поцелуем, чувствуя себя мороженым, находящимся на открытом солнце. Дышать спокойно становилось труднее с каждой минутой. Мы целовались так долго, что даже губы припухли и начало звенеть в ушах.

Мои пальцы нащупали пуговицы на рубашке парня, и я принялась их расстёгивать одну за другой. От кожи Антона шло тепло. Смуглая мускулистая грудь с завитками тёмных волос манила. Хотелось прикоснуться к ней пальцами, губами и языком…

Я извивалась на коленях Антона, жадно лаская мускулистое тело.

— Какая ты сегодня горячая! Скучала по мне, сладкая?

— Очень, — простонала я, чувствуя, как возбуждаюсь всё сильнее и сильнее.

Антон нарочно медлил. Его пальцы и ладони словно случайно гладили бёдра и грудь, ложились на талию и легонько сжимали попку, всего на мгновение коснулись лобка под платьем, но дальше простого поглаживания дело не пошло.

Я уже была близка к тому, чтобы схватить его руку и засунуть себе в трусики: так сильно хотелось его… Горячего, знакомого, но медлящего.

Антон прикусил мою верхнюю губу, пососав её немного, и отстранил меня со словами.

— Ищи вторую серёжку, киса. Я буду тебя направлять.

Я закатила глаза, но Антон был настроен поиграть. Я поддалась на его условия, играя в «холодно-горячо».

— Очень-очень горячо, — сказал он, когда я остановилась у полок с фотографиями. На одной из них покоилась вторая коробочка.

— Ты настоящий следопыт, — похвалил меня Антон. — И ещё одна коробочка.