Господин следователь. Книга пятая

Надпорожье располагается на границе Белозерского и Череповецкого уездов, но заниматься раскрытием преступления станет коллега Абрютина. И я тут ничего не могу поделать, потому что все материалы будут пока в Белозерске. Решит тамошний исправник передать дело судебному следователю, тогда другое дело.

— Совпадение, не более того. Случайность, — хмыкнул Абрютин.

— Василий, ну сам-то подумай. Предположим, грабанули у нас в Коротове храм…

— Типун тебе на язык, — перебил меня исправник."

"— Ага, пусть моему языку хуже будет, — не стал я спорить. Коротово — это уже наша «епархия».

— Но, я это гипотетически… Грабанули, пусть даже никого не ранили, а только кражу совершили, так ты ведь после этого всю уездную полицию на уши поставишь. И конная стража начнет землю рыть, и городовые. А еще все дворники и сельские старосты, верно?

— Верно, — кивнул Абрютин. — В том смысле, что грабанули, как ты сказал, в Валдайском уезде и к нам удрали?

— Ага, к нам и свалили, кто их тут искать станет? Ты о краже узнаешь дня через три, а то и через неделю. За это время злодеи успеют на дно лечь.

— Свалили… На дно лечь… — поморщился исправник.

— Иван, ты такие слова используешь, что я иной раз не верю, что ты гимназию заканчивал, а потом в университете учился. Говоришь, словно босяк из бурлаков.

— Так трудное детство, — хмыкнул я. — Сам понимаешь… Всю зиму в сабо, игрушки деревянные, к лавке прибитые, на улице вырос. Батюшка, опять-таки, вице-губернатор…

— И матушка всего-навсего дочь генерала от артиллерии, — подхватил исправник.

Чево? Моя матушка — дочка генерала? И не просто какого-то там генерал-майора или генерал-лейтенанта, а полного генерала? По-нашему — генерал-полковника.

А я-то дурак и не знал. Да что там — даже девичью фамилию матушки до сих пор не знаю. Генеалогическое древо семьи Чернавских более-менее подучил, а кто там по женской линии — нет. Не было надобности в таких знаниях. Матушка упомянула как-то в разговоре, что по материнской линии она в родстве с московскими купцами, даже какие-то фамилии называла, а вот про отцовскую линию ничего не сказала. Не станешь же спрашивать у матушки ее девичью фамилию. Предполагается, что я ее должен знать.

Может, стоит у Абрютина выведать? Пожалуй, как-нибудь подкачусь — мол, а не служил ли ты вместе с моим дедушкой-генералом? Вернее, не вместе, а под его началом.

Но семейные изыскания можно и отложить, а сейчас нужно уговорить товарища совершить авантюру.

— Так что, рискнем? — продолжал я убалтывать главного полицейского начальника. Решив, что следует применить запрещенный прием, кивнул на грудь исправника. — Если получится, так ведь и «аннушка» прилетит, а нет, так никто не узнает.

Василий Яковлевич тоже покосился на свою грудь.