Дерзкий

Пялюсь на каменную рожу моего надсмотрщика и еле сдерживаюсь, чтоб с разворота не всадить пятку в челюсть. Останавливает только то, что не поможет.

И не надо уточнять, почему я так думаю.

Был уже опыт. Печальный.

Это сейчас еще ничего, можно хоть куда-то свалить от чертового придурка, а вот год назад, когда все это дерьмо началось, и мы сидели, запертые в одном пространстве…

Короче, я не всегда была настолько сдержанной и хладнокровной.

Тренер, кстати, эту черту моего характера знал и нихрена за нее не хвалил…

— Пусти меня, придурок! — шиплю я вежливо сквозь зубы.

Мы стоим у дверей квартиры, откуда я хочу выйти прогуляться, а он, скот, не пускает!

— Нет.

Выразительности в каменной морде столько же, сколько в дверном косяке, то есть минусовая степень.

И не сдвинешь ведь гада! Никак!

— Я просто пройдусь! Меня ждут!

— Нет.

— Да что ты заладил? Ну ты же должен понимать, что для поддержания легенды мне надо хоть иногда с друзьями гулять?

— Нет. Тем более, это не друзья. Нет у тебя друзей.

— Да пошел ты!

Нифига. Не уходит, стоит.

Ну, тварь, я тебе устрою сейчас! Устрою!

— Ну окей, — поднимаю руки, разворачиваюсь и набираю номер, — Лола? Слушай, у меня встречное предложение, пошли ко мне? Кино посмотрим… Ну отлично. Да. Нет, никакой еды не надо. У меня брат плов приготовил. Пиво тоже есть. А брат не помешает. Он у меня тихий, сама же помнишь. Женщин стесняется. Ну все. Жду.

Нажимаю отбой и разворачиваюсь к Зубу, надеясь, что выражение морды у него слегка поменялось. Надежды мои, естественно, не оправдываются.

Зуб стоит, сложив волосатые лапы на груди и смотрит на меня все так же невозмутимо.

— Ну что, Зубик, — ласково улыбаюсь я, — сейчас к нам девочка придет. Готовься.

— И как ты думаешь, для чего она придет? — спокойно спрашивает он.

— Кино смотреть…

— Ммм… — он смотрит на меня, как на диковинного зверька. Диковинно тупого. — А тебя когда мужик домой звал кино посмотреть, вы до конца прям фильм досматривали?

Че-е-ерт…

Вот это я ступила!

Лола же решила, что я ее сексом заняться зову! Как парень! То-то голос такой радостный был по телефону…

Я-то думала, она расстроится, что я гулять не пойду с ней…

Блин!

— Теперь придумывай, как ты ее вскрывать будешь, — неужели в голосе Зуба ехидство? Да не, не может быть! Он не способен на эмоции! Кроме лютой злобы, само собой… — вернее, ЧЕМ, — добавляет он, и я понимаю, что способен. Злорадство — тоже эмоция.

А вот я, похоже, после поцелуя с Хищником, мозги где-то потеряла…

Раньше бы я такой хрени точно не допустила, слишком в образ вошла, даже сама с собой разговаривала, как Арс-Сеня. Конечно, это дело попахивало болезнью, но реально легче становилось. И реакции мужские генерировать — тоже.