Иди ты... в жёны (СИ)

Вы бы ружьё подальше убрали.

- Так это чё, правда, что кто-то Любке забор снёс? Ты, что ли? А я с рыбаки только приехал, мне моя давай рассказывать…

- Так получилось. Из-за гуся.

- Лёнька мой, что ли? Опять сбежал говнюк.

Беглый гусь – экшн по-деревенски.

- Я смотрю, он у вас легенда?

- Ты, это, легенда, у тебя уже переполнилось, - мужик кивнул мне за спину, где из фляги через край текла вода.

Странно, что не у меня из штанов.

- Чёрт! – я быстро закрутил вентиль и закрыл флягу.

- А забор-то нахрена ломал? Не пускала? – ехидно спросил мужик, явно напав на след новой сплетни для всей деревни. – А говорила, что не из-за сердечных дел тут в деревне прячется.

- Да, - зацепился я за это. – Любовь у нас с Любовью. Любит меня так, что совладать с собой не может.

- А ты?

- Что я?

- А ты Любку нашу любишь? Или так - приехал кончик намочить? – при этом мужик слегка приподнял ружьё примерно на уровень моих яиц.

- Люблю. Жить без неё не могу. Поэтому забор и сломал – сильно уж к ней спешил.

- А месяц-то целый где телепался?

- Работал. Я же говорю, что я руководитель.

- Ты, давай, рукоблудитель, не хвастайся. Лёньку моего увидишь, хватай за шею и ко мне. Я здесь живу, - он указал ружьём на соседний дом, который виднелся за черемухой, что широко раскинула свои ветви.

- Неизвестно кто кого ещё за шею поймает, - буркнул я, провожая уходящего мужика взглядом.

Привёз воду в баню, выгрузил по бакам, что были там, и ушёл вновь ломать забор. Теперь уже на дрова для бани.

Куча заноз и ожогов на пальцах, пока я пытался справиться с мелкой металлической печью в бане и наломать под её размеры дров.

Пока ждал, когда закипит в бане вода, прилёг на диван, испорченный кошками. Уже было плевать, так как я сам после всего, что мне пришлось пережить всего за полсуток в этой деревне, вонял ничуть не лучше.

Дотерпел только до того, как в большой кастрюле на печке вода стала чуть горячей.

Пришлось порыться в шкафу у Авдеевой, но так и не найти полотенце. Выдернул простыню, белую в розово-красную полоску, из комплекта постельного белья.

Зато выбор шампуней и гелей для душа у Авдеевой был обширный. Но и здесь я сильно не заморачивался, выбрав два флакона.

Стоило только зайти в баню, как волосы в носу словно опалило горячим воздухом.

Наверное, зря я добавлял в печку дров перед тем, как вернуться сюда вновь.

Как она, вообще, живут в таких условиях?

На улице пекло, в бане – ещё хуже.

Приходилось раздеваться и дышать ртом. Сжимать задницу подгорающую от горячей печки задницу крепче и мыться быстрее.

- Твою мать! – я вывалился из бани, придерживая простыню на бёдрах. – Охренеть! – пытался отдышаться и прийти в себя. После бани, которую можно смело сдавать под крематорий, на улице казалось свежо и прохладно. По кое даже мурашки пробежали.