15
0— Кобель!
— От предыдущих двух я уже избавился, если тебя это успокоит, — лицо у Родиона спокойное и не выражает эмоций.
— В смысле избавился? — севшим от испуга голосом спрашиваю я.
— Я бы сказал, расстался, но расстаются с теми, с кем было что-то кроме секса, — он постукивает пальцами по столу.
— То есть они живы? — с надеждой спрашиваю я.
— Естественно, — утомленно вздыхает Родион. — Яна, милая, ты за кого меня держишь?
— А зачем ты используешь слово “избавился”?
— Я уже пояснил.
— Ты мог сказать, — пожимаю плечами и на несколько секунд задумываюсь, — оставил их в прошлом.
— В общем, — Родион понижает голос, — нет у меня на данный момент любовниц.
Я пытаюсь сдержать в себе победоносную улыбку, но лицо против воли растягивается в ухмылку.
— И раз уж у нас тема зашла об интрижках, то я тебя предупрежу. Посмеешь вильнуть налево…
— Охамел?! — я переваливаюсь через стол, и Родион получает заслуженную пощечину. — Я же не ты! Я мимоходом ни с кем не заигрываю и никого не охмуряю. Вильнуть налево? О, мой милый, не дождешься такой радости! Я даже в вынужденном браке буду верной, понял? И даже назло не буду изменять!
— Это радует, Яночка, — Родион улыбается и щурится. — И ты должна понимать, что я тоже не запятнаю брак изменами.
Я удивленно замолкаю, возвращаю пятую точку на стул и наливаю себе воды, чтобы скрыть волнение. Можно ли считать это признанием в любви?
— А раз мне уготована роль верного супруга, — Родион скалится в улыбке, — то что это значит, Яночка?
— Что ты не совсем подлец?
— Нет, — Родион откидывается назад и бархатным голосом говорит, — это значит, что я решил все же требовать с тебя супружеский долг.
— Почему ты все сводишь к сексу? — тоскливо интересуюсь я.
Мне, конечно, льстит, что Родион испытывает ко мне жгучее желание, но я хочу большего. Я хочу душевной близости с ним и прочной связи, которая крепче и ярче физического удовольствия.
— Потому что у меня высокое либидо и я люблю секс, а секс с тобой мне нравится больше, чем с другими женщинами, — умиротворенно отвечает он на мой укоризненный вопрос. — Я еще ни с кем раковины не ломал и не кончал под струей горячей воды.
— А как же…
— Любовь? — с легкой иронией спрашивает Родион.
— Да, — удрученно отвечаю я и опускаю взор, потому что не могу выдержать прямой взгляд почти черных глаз. — Мне будет тяжело…
Меня прерывает стук каблуков Беллы, которая подплывает к нашему столу с небольшим подносом в руках, а на нем стоит хрустальная розетка со взбитым сливками и свежими ягодками.
— Белла… — Родион закрывает глаза, а на лбу его проступает пульсирующая гневом венка, — Ты не вовремя.
Согласна на все сто процентов.
