Измена вопреки (СИ)

— Ты столкнула их лбами, — медленно произнесла мать Матвея и вернулась на диван.

— Я не сделала ничего, чтобы начать эту историю. Вы можете меня осуждать, но я до последнего говорила Виктору, что между нами только отношения невестки и брата мужа. Не более.

До появления в доме свекрови я думала, что наш разговор мог бы коснуться развода и того, что я нахалка не собираюсь отказываться ни от чего в разделе имущества, но нет. Вмешался Виктор, и развод отодвинулся в списке причин ненависти моей свекрови.

— Ты могла вообще уйти, — запальчиво выдала мать Матвея.

— Почему я должна была уходить от любимого мужчины? — резонно спросила я и поглядела на кухню.

Встала и включила чайник. Печенье, которое я испекла из остатков моркови вполне могло сойти за угощение."

"— Потому что так не было бы постоянного соперничества. Мой мальчик не сбежал бы… — с дрожью в голосе призналась свекровь, и у меня что-то кольнуло внутри. Наверно то за, что отвечал материнский инстинкт, но я все равно уточнила:

— Он не сбежал. Он построил бизнес. Это разные вещи.

— Он вынужден был!

Я вскинула бровь.

— Виктор взрослый серьёзный мужчина.

Он не вынужден был. Он хотел работать за границей. Это только его решение, а не следствие неоправданной привязанности.

Чайник вскипел быстро. В вазочку я пережила ещё тёплое печенье, в чашки налила крепкий чай и поставила на стеклянный с металлическими ручками поднос. У дивана стоял небольшой столик, который вечно пустовал. Лёгкая конструкция и хороший вид дарили ему возможность не оказаться выброшенным. Сейчас я подтянула ногой столик, чтобы он встал перед свекровью, и поставила поднос с чаем и печеньем.

На меня посмотрели с укором. Ещё и руки на груди сложили.

Я пожала плечами, не оценили хорошую во мне хозяйку. Свою чашку забрала и вернулась на кресло.

— Ты могла повлиять! — заявила свекровь, а я чуть не расплескала чай.

— Вы пришли меня обвинять, что я вертихвостка, а сейчас корите меня, что все же не вертихвостка и не заставила вашего старшего сына остаться в России?

Свекровь поджала губы, от носа пролегли морщинки. Она нехотя дотянулась до своей чашки. Приподняла. Руки подрагивали. Пригубила напиток.

— Ты могла просто исчезнуть, — снова медленно сказала мать Матвея. Она не притрагивалась к угощениям, а просто цедила чай как будто я в него яду плеснула.

— А вы могли мальчикам не покупать одну игрушку на двоих и не укорять старшего, что младшим надо уступать… — надеюсь я понятно объяснила, но судя по недоуменному взгляду свекрови не совсем. — Тогда бы Виктор не чувствовал, что его вынудили снова отказаться. Точнее, тогда Виктор вообще на меня не посмотрел. Но одна игрушка на двоих, вы же помните…

— Ты меня учить вздумала? — вспылила свекровь и алые пятна начали проступать на шее.