Извращенная Преданность

Он прошел мимо нас к Гриффину и двум бойцам, уже одетым в шорты. Я видела их в клетке в последние несколько дней. Они оба выиграли свои бои.

— Ты побледнела. Что случилось? Теперь ты должна привыкнуть ко всему этому. Это ежедневный бизнес.

Я рассеянно кивнула.

— Когда говорят о дьяволе, — прошептала Шерил.

Я проследила за ее взглядом. Фальконе и Фабиано вошли в комнату. Мои глаза встретились с глазами Фабиано. Его были свирепы и обеспокоены. Я вцепилась в край стойки.

Я приехала в Лас-Вегас за лучшей жизнью. Ради будущего, вдали от страданий, которыми было существование моей матери.

Вдали от тьмы, которая была ее постоянным спутником. И теперь я была захвачена чем-то гораздо более темным, чем все, что я когда-либо знала.

Римо перевел взгляд с Фабиано на меня, и что-то холодное и испуганное сжалось у меня в животе. Если он узнает, что Фабиано убил одного из своих людей из-за меня, он лишит жизни не только Фабиано, но и меня. И это будет не быстро.

Римо наконец отвел от меня взгляд, и я снова смогла дышать. Я быстро повернулась и занялась сортировкой чистых стаканов, которые Шерил принесла из кухни.

Я не поднимала головы, подавая пиво клиентам. Я не хотела снова встречаться взглядом с Фабиано.

Гриффин взобрался на платформу клетки, и я прекратила то, что делала. Он никогда не делал этого раньше. Он поднял руки, чтобы успокоить толпу.

— Смертельный бой, — просто объявил он, и в толпе воцарилась тишина, сопровождаемая громовыми аплодисментами.

— Что это значит? — прошептала я.

Шерил пристально посмотрела на меня.

— Это будет ужасно, Чик.

Фабиано прислонился к стенке кабинки, где сидели два брата Фальконе. Он не смотрел в мою сторону с тех пор, как вошел с Римо.

Наверное, так было лучше. Но в глубине души я хотела, чтобы он дал мне небольшой сигнал успокоения, даже если это было только шоу.

Когда Римо направился к клетке, у меня в горле образовался комок. Все будет ужасно, как и говорила Шерил. Бой Римо превзошел все предыдущие по своей жестокости. Римо хотел причинить боль. Сломать наповал. Дело было не в победе. Это было безумие, жестокость и жажда крови.

Он столкнулся с двумя противниками, но первый был мертв в течение первых двух минут. Фальконе сломал ему шею сильным ударом.

После этого он стал осторожнее. Второй противник был тем, кого я жалела. Его смерть не была быстрой. Это было все равно что смотреть, как кошка играет с мышью. В конце концов мне пришлось повернуться спиной к сцене.

Я прижала ладонь ко рту, дыша через нос. Когда толпа разразилась радостными криками, я осмелилась оглянуться и пожалела об этом. Римо был весь в крови. Человек у его ног, он был источником этого.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь побороть подступающую тошноту.