Извращенная Преданность

Я вышел из раздевалки и вернулся в бар. Леона застыла, ее взгляд скользнул от моих босых ног к шортам и обнаженной груди. Она уронила стакан, который мыла, обратно в воду. Мириады эмоций промелькнули на ее лице.

Шок. Путаница. Очарование. Признательность.

Это последнее, что я чувствовал в своем члене. Я много работал над своим телом.

Я схватил стакан и допил остатки воды. Потом достал из сумки ленту и начал обматывать руки, чувствуя на себе ее любопытный взгляд.

— Ты один из них?

Я наклонил голову, не совсем понимая, что она имеет в виду.

Боец? Член Каморры? Убийца? Да, да, да.

В ее глазах не было страха, поэтому я сказал.

— Боец к клетках? Да.

Она облизнула губы. Эти чертовы розовые губы дали моему члену идеи, которые мне не нужны перед боем.

— Надеюсь, я не обидела тебя раньше.

— Потому что ты думаешь, что это слишком жестоко? Нет. Это то, что есть.

Ее глаза продолжали следить за моей татуировкой и шрамами, а иногда и за моей сумкой. Я наклонился над стойкой, приблизив наши лица. Я знал, что все наблюдают за нами, даже если они пытались сделать это тайно.

— Ты все еще уверена, что женщинам не нравятся альфа-самцы? — пробормотал я.

Я сделал шаг назад. Каждый в комнате должен был получить сообщение. От ее взгляда у меня напряглись яйца. Что-то в этой девушке привлекло меня. Я не мог сказать, что это было, но я это выясню.

— Теперь моя очередь, — сказал я ей, когда закончил связывать руки.

— Будь осторожен, — просто сказала она. Мужчины у бара переглянулись и захихикали, но Леона не заметила их реакции.

— Обязательно, — сказал я, повернулся и пошел мимо столов к клетке.

Я вошел в клетку под вопли и громовые аплодисменты толпы.

Леона наблюдала за мной из-за стойки, все еще широко раскрыв глаза от удивления. Да, я был бойцом, и это все еще было наименее опасной частью меня.

Она отложила то, что делала, и вышла из-за прилавка. Она вскарабкалась на барный табурет, стряхнула шлепанцы и задрала ноги, пока не уселась, скрестив ноги и аккуратно задрав юбку на бедра. Эта девушка. Ей здесь не место.

Мой противник вошел в клетку. Он называл себя Змеей. У него даже на горле были вытатуированы змеи; они поднимались над ушами и обнажали клыки по обе стороны головы.

Я не знал, почему люди думают, что страшное имя заставит их казаться страшными в свою очередь. Мне никогда не приходилось называть себя иначе, как Фабиано, и этого было достаточно.

Судья закрыл дверь и объяснил нам правила. Их не было. За исключением того, что это была не смертельная схватка, так что Змея, скорее всего, будет жить."

"Змея ударил себя в грудь руками, издав боевой клич. Что бы ни придало ему смелости.