Хрупкое сердце

Колени открываются ей навстречу, и я чувствую, как бедра Руслана опускаются на мои.

Но еще рано для того, что он хочет, и он заставляет меня кончить. Не дает укрыться в смущении и не убирает пальцы, когда я понимаю, что не сдержалась. Подняв голову, прихватывает мои губы своими… Снова… Заставляя посмотреть ему в глаза.

Держит наши губы раскрытыми, смешивая дыхания, когда помогает себе войти в меня. Толкается резче, чем хотел и, тут же выдохнув: «Прости!», целует. Сжав пальцы на моей ягодице, почти мучительно приподнимает меня себе навстречу. Пытается сдержаться, но ничего не выходит. И снова я слышу виновато-обреченное:

– Прости… Черт, Снег, я не могу! Я так тебя хочу! Пожалуйста, скажи, что тебе не больно.

– Нет. Совсем немного. Но это точно не смертельно, ты ведь знаешь.

– Ты не простишь мне?

Я улыбаюсь и обнимаю Руслана за шею, прижимаясь теснее.

– Дурачок. Всё замечательно! Ты очень нежный, это я тебе как старшая говорю.

Марджанов даже сейчас умудряется фирменно хмыкнуть. С присущим ему уверенным смешком.

– Алиска, какая старшая?.. Ты у меня детский сад! Тебя еще всему учить и защищать надо, но я смогу, веришь?

Он склоняется ко мне, осторожно толкнувшись бедрами, обнимает под спину, и я впиваюсь пальцами в его плечи.

– Да.

Сейчас я и правда в это верю.

***

Мы лежим, обнявшись, довольно долго, продолжая привыкать к обнаженности друг друга и слушая звуки вечеринки, с которой сбежали.

Сначала молчим, но с Марджановым долго молчать не выходит, и я удивляюсь, кто из нас еще детский сад, когда он начинает дурачиться и, забравшись под одеяло, кусает меня за мягкие места. Вызывая вместе с щекоткой и смехом новые волны горячей дрожи. Не отпускает и всё время касается, не давая смущению встать между нами, и я ему за это благодарна.

– Сейчас растаешь, Снег! Я знаю одно местечко, очень вкусное…

– Нет, не вздумай, Руслан! Ай, щекотно!

– Говорят, у девушек под коленкой есть эрогенная зона. Хочу проверить!

– Нет там ничего! – я смеюсь от прикосновения ловких рук и нежных укусов. – Пожалуйста, перестань!

– Есть! Сексологи не станут врать. А еще эта зона есть на запястьях, поэтому их так любят кусать вампиры!

– Марджанов, я не знала, что ты интересуешься паранормальной сексологией! И давно?

– Только с практичной стороны. Лет с тринадцати! Когда стал делать всё для того, чтобы тебе понравиться.

Я отлично помню наше общее детство и школу, и, конечно же, шутливо удивляюсь:"

"– Мне? Не сочиняй! В четырнадцать лет я не думала ни о чем подобном! А ты был просто назойливым мальчишкой, который задирал меня, дразнил Снегом и Холодным сердцем. Это было так обидно!

Руслан вдруг замирает, ткнувшись носом в мое бедро. Проводит по голой коже языком вверх, до самой складки внизу живота. И я вновь замолкаю.