Хрупкое сердце

Помогает мне застегнуть юбку на талии, хотя я его об этом не прошу.

– Ты не голодна, Алиса? Я – как волк! – признается. – Хочешь, сделаю горячий латте? Я знаю, ты любишь, а у нас не кофе-машина, а зверь! Твоего брата за уши не оттянешь, когда он здесь бывает! Хочешь?

– Нет, спасибо, Руслан. Я лучше пойду!

Я надеваю пуловер, приглаживаю волосы и выхожу из спальни в прихожую. Марджанов тоже идет за мной. Смотрит, как я одеваюсь, подает шарф и следом сам натягивает кроссовки и куртку.

– Тебе не обязательно меня провожать, – говорю я, понимая, что он собрался идти на улицу. – Сейчас день, и я найду дорогу. Здесь близко!

– Нет, я провожу!

Ночью было легче быть собой. Даже при свете лампы на кухне ночью было проще разговаривать, а сейчас мы молчим. Нет, не смущаемся, особенно Руслан, просто память вернула осмысленную яркость событиям, вспомнился Рыбкин, вчерашний вечер, гардеробная, и сейчас немного неловко смотреть на парня в лифте и на улице, помня, что мы с ним делали, и что он говорил.

А о чем он думает, я не знаю.

До моего дома всего пара остановок или двадцать минут пешком, но мы оба без шапок, а снега за ночь на улицах значительно прибавилось, поэтому мы едем на автобусе и вместе идем к дому.

– Может, уже пойдешь? – спрашиваю я, когда до подъезда остается каких-то десять шагов, и ясно, что со мной ничего не случится. – Я почти пришла.

– Нет еще. Я не спешу. Алиса?

– Да?

– Ты позвонишь мне?"

"Мы останавливаемся у ступеней подъезда и поворачиваемся друг к другу, оказываясь ближе. Поднимаем лица и встречаемся взглядами, потому что иначе расстаться не выйдет. И потому что чувства хоть и притихли под светом дня, но не остыли и не исчезли. И я хорошо вижу их в темно-черничных глазах Руслана.

– Я…

Но ответить не успеваю.

Бах!

Дверь подъезда распахивается, и из дома вылетает Ромка в одних штанах и расстегнутой на голой груди кофте. Не поздоровавшись ни со мной, ни с другом, бросается к Руслану и сразу бьет его кулаком в лицо, отбрасывая на снег.

– Сволочь! Ты последняя сволочь, Марджанов! – бросает со злостью сквозь зубы, продолжая сжимать кулаки. – Никогда тебе не прощу! Как ты мог? А еще другом назывался! Тебе что, девчонок мало? Она же моя сестра!

Брат настолько зол, что собирается снова ударить Руслана, но я ему не даю, налетев сбоку.

– Ромка, стой! Ты с ума сошел?! Прекрати!

Вцепляюсь в локоть, но брат почти с брезгливостью сбрасывает с себя мою руку, оборачиваясь.

– А ты, Алиска? Что с тобой, мозги потеряла?! Нашла, с кем связаться! Ему же всё равно, кто – ты или другая, ты-то должна знать! Какая личная жизнь? С кем, с ним?! Не смеши!

– Черт… Ты придурок, Снежный, – Руслан поднимается на ноги, отирая снегом лицо. – Всё не так.

Но снова получает от Ромки новый удар в скулу.