Хрупкое сердце

И вообще, не спрашивай ничего, Марджанов! Я не обязана тебе отвечать!

– Не буду. – Он наконец берет из Анечкиной руки гаджет и просит – хотя нет, скорее требует у меня: – Только пароль скажи!

Отобрать у него свой телефон не выйдет, это понятно по напряжению в крепких плечах и по сжатым губам, поэтому я называю цифры. Молча наблюдаю, как он делает с моего сотового звонок на свой и запоминает данные в обоих гаджетах. Отдает телефон назад Анюте, скованно ей улыбнувшись.

– Спасибо, малыш. Ты меня выручила.

– Меня зовут Аня, ты знаешь.

– Ну, да… Типа того.

– Я люблю пони и панд. А ты?

– А я… – Руслан вновь спотыкается на паузе, пряча свой сотовый в карман и надевая куртку. – А я люблю твою маму, малыш.

Он коротко шагает ко мне, чтобы поцеловать в щеку, и мы встречаемся взглядами.

– До вечера, Снежная. Не знаю, как переживу этот день без тебя. Пока! – прощается и уходит.

Дверь за ним закрывается, а я стою, не зная, что сказать ему вслед. Не зная, что сказать себе, и главное, что сказать дочери.

***

– Мам, тебе плохо? Ты еще не пила лекарства?

Мы возвращаемся с Анютой на кухню, и я медленно сажусь на стул, продолжая ощущать на себе губы и взгляд Руслана – настолько сильная у Марджанова энергетика. Анечка стоит рядом, заглядывая в мое лицо, и я притягиваю ее ближе.

– Нет, не пила. Иди ко мне, солнышко!

Мы вновь в квартире одни, и всё вроде бы как прежде, но теперь это видимость. Уже всё изменилось, и не только в моей жизни, но и в Анютиной. Даже если Руслан не вернется, дочка запомнит его и будет еще долго о нем спрашивать.

Я целую ее в макушку, и она в ответ прижимается теснее. Уткнув нос в ключицу, обнимает ручонками под грудью, пока я вдыхаю ее родной и знакомый запах, без которого уже и не представляю жизни. Провожу рукой по волосам – темным и шелковистым. Наверняка у Руслана были такие же в детстве.

Моей девочке немногим больше пяти лет, и она действительно растет на удивление умным ребенком. Но ей еще сложно понять нюансы моих слов и догадаться о несказанном.

– Прости меня, золотце, – прошу, и она тут же удивляется:

– За что?

– За то, что видишь это все. Мою слабость и лекарства. Мне бы так хотелось быть здоровой для тебя.

– Мамочка, а ты постарайся, и у тебя получится!

– Я очень, очень стараюсь, Нюша!

– Если хочешь, я закрою глазки и не увижу, как ты будешь пить таблетки. Хочешь?

– Да.

– И мы пойдем в парк кормить уток? Я возьму зонтик!

– Конечно.

– Мам, а этот… этот дядя еще придет к нам? Он сказал, что придет.

Анечка поднимает головку и смотрит на меня. Ну, конечно же, она догадалась. Еще не доросла, чтобы спросить прямо или играть намёками, но уже хочет знать ответ.

– Нюша, я не знаю. Но ты его обязательно увидишь! – обещаю дочке, гладя ее по волосам. – Ты так на него похожа.