Хрупкое сердце

– Почему, Снежная? – повторяет вопрос. – Я ведь его все равно найду и узнаю! – обещает.

– Не надо, – бесцветно выдыхаю. – У меня больше нет врача.

– Как это нет?

– А вот так. Это он был вчера возле подъезда дома с цветами.

Теперь уже Руслану требуется пауза, чтобы обдумать мой ответ.

– Так вы с ним… Вы были вместе? – спрашивает удивленно, напряженно дернув кадыком.

Он продолжает уверенно держать руку на моей талии, и я понимаю, почему он задал вопрос в прошедшем времени. Сейчас со мной только он.

Я поднимаю лицо и поворачиваюсь, встречаясь с его взглядом.

– Для тебя это что-то меняет?

– Нет. Ничего. – Руслан отвечает суше, но твердо.

А мне вдруг хочется сказать.

– Мы не были вместе. Для меня это невозможно, но он думает иначе. Я не давала ему свой адрес, но его это не остановило.

– Этот тип тебя преследует? – у Марджанова проседает голос и сдвигаются брови.

– Нет. Он просто уверен в себе и знает обо мне правду. Но я ему не доверяю и не смогу у него оперироваться – для меня этот путь закрыт.

– Алиса… Мы найдем кого-нибудь еще. Я найду, обещаю! Мне невыносимо думать, что ты живешь с болью…

– Мам! Я уже покаталась и хочу кушать! Мы пойдем в кафе? – Анечка подбегает ко мне, но смотрит на Руслана, поправляя шапку. – И Пинки уже устала танцевать.

– Конечно, Анюта. – отвечаю, беря дочь за руку, но Руслан меня перебивает.

– Я тоже ужасно голоден. Только почему пойдем? Мы поедем, девочки! Я знаю отличное место, где вкусно кормят не только детей, но и взрослых. Кстати, малыш, твоя Пинки любит живых кроликов?

– Есть? – у Анюты от ужаса округляются глазки.

– Нет, конечно, – совершенно обворожительно хмыкает Руслан. – Кормить морковкой. Там есть большая зоозона, тебе понравится!

Анюте действительно нравится семейное кафе под названием «Кролик Сноу и друзья», в которое нас привозит Марджанов. Заведение новое и расположено довольно далеко от нашего дома, так что сами бы мы в него еще нескоро добрались.

– Я случайно здесь оказался, когда поблизости сломалась рабочая машина, – объясняет нам, помогая раздеться. – Мы с ребятами провозились на трассе полдня, так что не было времени выбирать, где перекусить. Тогда мне показалось здесь всё дурацким и глупым.

– А сейчас?

Руслан улыбается, разглядывая персонал и антураж кафе. Официантов с заячьими ушками, рисунки белых кроликов на стене, и экраны с живой картинкой из жизни подопечных заведения.

– И сейчас тоже, – легко признается. – Но что-то в этом месте определенно есть. Однако я бы не рискнул тебя пригласить сюда лет шесть назад. Тогда меня хватило только на тост и суп.

В кафе тепло, мы успели сесть за столик и заказать обед, но при упоминании прошлого в наших взглядах читается грусть. Хорошо, что Анечка этого не видит.