Хуже, чем ничего (СИ)

Наверное, их машины стояли где-то ниже по горе.

Астор бросив на меня лишь один взгляд, сказал:

— Сама доберешься домой. Я тебя в свою машину больше не пущу.

Он тоже пошел прочь. Рядом осталась лишь Ивет со своими подружками и, хватая меня, они решили отомстить за то, что я ударила девушку.

Сопротивления не помогли. Я мелкая. Они выше, больше, сильнее. И их три, а я одна.

Пока подружки Ивет удерживали меня за руки и за волосы, она что-то подводкой написала на моем лице.

— Готово, — пропела она, возвращая подводку в сумочку. — Вот теперь идеально.

— Побежали. Остальные уже уехали, — Агас отпустила меня и толкнула. Сильно. Так, что я не удержалась на ногах и опять упала на бетон.

Но даже не вставала. Лежала. Слушала то, как они смеясь и цокая каблуками, покинули площадку.

Глубокий вдох и шумный выдох. По щекам потекли слезы и я лицом уткнулась в асфальт.

Ему было лишь скучно, а у меня сердце вдребезги и чувства в ошметки.

Для Астора лишь развлечение, а для меня конец не просто жизни. Скорее, всей вселенной.

Глава 5. Вдохи

Глубокие вдохи, но ни одного выдоха. Полная нехватка кислорода и едкое ощущение того, что я задыхалась. Захлебывалась слезами, которые не прекращая текли по щекам и были подобны кислоте оставляющей на коже глубокие ожоги.

Я и не знала, что может быть настолько больно. Словно я постепенно, но изощренно разрушалась. И сердце билось гулко. Быстро и болезненно. Желая разорвать грудную клетку. Вырваться наружу.

Астор уже давно уехал. Мне казалось, что прошла целая вечность с того момента, как смотровая площадка опустела, а я все еще не находила в себе сил даже подняться с асфальта.

— За что?.. — сорвалось с моих губ надрывное и еле слышное. Заглушенное моими всхлипываниями.

Нас связывали не только годы дружбы. Скорее, целая жизнь. И в каждом новом дне казалось, что человека ближе просто нет и быть не может. Вернее, что он и есть сама жизнь. Что без него дышать даже невозможно.

Я вновь закрыла лицо ладонями, а затем вовсе скрутилась калачиком.

Дега единственный человек перед кем я раскрылась настолько сильно. И он сегодня прекрасно показал насколько хорошо меня знает. Например, то, что я не могу находиться в ресторанах. Превосходная манипуляция. Чтобы я ничего не заподозрила и с самого начала чувствовала себя виноватой, отказываясь от изначального его подарка — заранее заказанного столика, которого, как я уже теперь понимала, не было.

Весь этот вечер сплошная игра на моих слабостях, которые я за годы дружбы рискнула рассказать Астор. Лишь ему одному.

Вновь всхлипывая, я прижала ладонь к груди. А ведь сердце сильнее заныло. Словно, все же разорвалось на части. В мелкие ошметки и теперь так явно истекало кровью.

Вновь хотелось спросить «За что?».