Клятва рыцаря

Оказывается, у Изабель давно в качестве любовника был другой мужчина из клана Дугласов. Говорят, она и сэр Кеннет планомерно убивали всех, кто стоял у него на пути. Целью сэра Кеннета было захватить как можно больше земель. Сэр Раналд являлся последним препятствием. Кстати, он очень неохотно согласился на помолвку с Изабель.

— Вероятно, она все-таки смогла покорить его своим обаянием.

— Нет. Я разговаривал с ним после того, как состоялась договоренность о помолвке. Он хороший человек. Немного грубоватый, но честный и сообразительный. Я рассказал ему кое-что о его невесте, включая и тот факт, что тоже однажды был ее любовником.

— Пейтон, он же мог убить тебя. — Элспет была потрясена его безрассудством.

— Мог, но я чувствовал, что он даже не попытается сделать это. Его заинтересовало то, что я рассказал ему, и он уверил меня, что не намерен жениться на Изабель. Сэр Раналд сказал, что ему хорошо известно, кто такая Изабель, и что он начал пристально следить за ней после смерти ее третьего мужа. Он собрал о ней всю информацию, какую только мог, и ему открылась страшная правда. В конце концов он полностью разоблачил ее.

Элспет медленно отпила из бокала и тихо произнесла:

— Интересно, что дало ему основание посадить ее в тюрьму.

— Кажется, он и еще несколько человек приложили ухо к двери ее спальни в подходящий момент."

"— И услышали ее откровения?

— Да. Оки узнали, что сэр Кеннет — се любовник, что эта пара намеревалась убить сэра Раналда и что эти негодяи уже наметили человека, которого должны были обвинить в его смерти.

От пристального взгляда Пейтона Элспет похолодела. Нетрудно было догадаться, кто этот несчастный глупец, которого выбрали для обвинения в преступлениях Изабель. Один только намек на имя Кормака заставил ее содрогнуться, хотя она старалась как можно реже думать об этом человеке. За десять дней, прошедшие с тех пор, как Элспет оставила его, она выплакала все слезы, проклинала Кормака и его долг чести, тосковала по нему, снова проклинала, а потом изматывала себя всякой домашней работой так, что не могла думать ни о чем другом, кроме сна. Ее родители внимательно наблюдали за ней, и Элспет, страшась неизбежного скандала, понимала, что скоро им надоест ждать, когда она расскажет, в чем дело, и они потребуют у нее ответа.

А когда она наконец почти обрела покой, вернулся Пейтон с новостями и снова внес сумятицу в ее мысли. Изабель, конечно, теперь заплатит за свои преступления, а Кормака ждет жестокое разочарование. Тот факт, что она беспокоится о нем, привел Элспет в ярость. Когда же ей пришло в голову, что Кормак может вернуться к ней, так как со смертью Изабель его обязательства потеряют силу, Элспет едва не закричала от уязвленного самолюбия.