Когда сядет солнце

– Просто не могла уснуть, Зейрашш, – недовольно шиплю я, – давай вернемся к работе. Кажется, мы нащупали нить. Нам прислали документы о других заболевших, Ашш их обработал. Большинство из них за четыре-пять недель до энцефалитных симптомов посещали Топи. Что это за планета?

– Топи? Да, обычная планета, джунгли, скалы и восемьдесят процентов болота. Там никто не живет, но мы частенько посещаем Южное полушарие, где располагаются Туманные Болота, площадью около десяти миллионов гектар. Не первый год посещаем, причем, – задумчиво трет переносицу док.

– И зачем? – не понимаю я.

– Зверьки.

Вопросительно подняв бровь, жду пояснения.

– Молодые шайрасы устраивают отлов зверьков, – он отвечает и разворачивает голографическое изображение животного, чем-то похожего на земного хорька, но сине-зеленого цвета и гораздо крупнее, – их сложно найти, но еще сложнее поймать.

– И что вы с ними делаете?

– Домашние животные для детей сенаторов Парламента и богачей – шиццы, – пожимает плечами Зейрашш, – вредные, плохо привыкают к хозяину, преданность тоже не про них, но иметь такого питомца очень престижно. Эдакий атрибут власти и достатка.

– Значит, спускаемся в Топи? Я бы там поискала. Устроим отлов ваших шиццы, возьмем пробы у них и в местах обитания. Я так понимаю, они хищники. А есть тот, кто питается ими? Нам бы проверить всю пищевую цепь.

– Шиццы – хищники, – кивает док, – поедают рыбу и разную мелкую живность из болот, едят насекомых и птиц в том числе. А вот тот, кто питается ими… Я бы не хотел с ними встречаться. Огромные водяные змеи. Хитрые, ловкие и ядовитые, как мы. Когда в последний раз группа шайрасов устраивала охоту, пятеро из десяти погибло, – мрачно сообщает он, – еще трое оказались покалечены, без шансов восстановиться полностью.

– Что-то мне не кажется это веселым, – скептично настроена я.

– Мы хищники, Рай, даже являясь наполовину людьми, – констатирует факт Зейрашш.

– Угу, я уже поняла, – соглашаюсь, думая о своем.

***

Не торопясь, пью из тонкой фарфоровой чашечки традиционный шайраский чай, по вкусу и изготовлению почти земной улун, но ярко-зеленого цвета. Раздумываю о своей жизни. Как только попала в медицинский блок, воспрянула духом. А теперь эмоционально скатываюсь в состояние, похожее на период, когда проходила практику на челноках. Я выбрала хирургию далеко не от безделья.

Без всяких сомнений, хочу довести это дело до конца. Но я не микробиолог, не инфекционист и не врач общей практики.