Любимая игрушка Зверя

– Будем ходить по двору и расспрашивать всех подряд? Фотку его показывать?

- Да! – выдаю неожиданно зло. – Хотя бы и так. Или предлагаешь на прогулку двинуть, пока наш сын пропадает неизвестно где?

- Не дергайся, Ир, - хмурится. – Ты странная сегодня.

- А ты не странный? – срываюсь окончательно. - Наш сын опять дома не ночевал. Но тебе наплевать. Реагируешь, будто это нормально. Не переживаешь, не волнуешься. Завидую прямо.

- Для пацана – нормально. Катюху я бы за волосы оттаскал. Но наш сын мужик, знает, как правильно.

- Миша, ему четырнадцать лет, - чуть не взвываю. – О чем ты? Вообще себя слышишь?

- Нагуляется и придет, - небрежно махает рукой. – Некуда ему деться. Вернется.

Молчу. А тянет заорать. Хватаю свою сумку и за дверь выскакиваю. Пока спускаюсь по лестнице вниз, понимаю, что муж частично прав. Бесполезно бродить по дворам и всех подряд опрашивать. Но и сидеть на месте тоже нельзя. Надо друзей его найти, старую компанию, их всех в лицо знаю.

Поиски не приносят особого результата. Проходит пара часов, а ничего важного выяснить не удается. Глухой тупик: прежние друзья Димы о новых приятелях не в курсе.

Я опускаюсь на деревянную лавку, склоняю голову. Стараюсь взглянуть на ситуацию трезво, разобраться в деталях. Возможно, слишком нагнетаю? Стоит успокоиться и выждать. Заявление об исчезновении писать рано.

Может, Миша прав? Сын вернется. Нечего дергаться.

Господи, нет. Я не согласна. Я что-то чувствую, что-то очень плохое. Димка куда-то вляпался. На душе мигом становится муторно.

Как быть? Где искать? У кого просить помощь? Ответ приходит сам по себе. Ведь у меня не так много вариантов. Не так много могущественных и влиятельных знакомых. В списке значится единственный номер.

Извлекаю новый телефон, считаю гудки. Раз, два, три… почему настолько долго, почему… - Да, - голос Зверя точно в транс погружает.

- Мне нужна твоя помощь, - выдаю глухо.

Глава 24

- Я в городе проездом.

Ложь. В такую даль из столицы переться – только время попусту тратить. А каждая секунда его времени стоит дохрена и больше. Тот человек, которого мне приходится называть отцом, предпочитает путешествовать по заграничным странам. Местный уровень он давно перерос. Родное болото не чета океану.

- Вот и решил заглянуть, узнать, как ты, как твои дела.

Срать ему хотелось на мои дела. Единственный ребенок. Официально. Других детей не признал. Очень жаль. Я был бы рад, если бы мой биологический папаша отвалил от меня раз и навсегда. Пускай бы за другими отпрысками носился. Готов поспорить, те были бы только рады подобному вниманию. А кто бы, мать его, не радовался, если бы однажды на пороге возник загулявший по молодости отец-миллиардер?

- Ты же мой сын.

Да. Охренеть. К сожалению. Этого уже никак не исправить. Кровь не перелить.