Любить нельзя. Расстаться

Света и Никита видели каждую деталь, неотрывно следя за спаррингом и изредка синхронно вздрагивая, когда кто-то делал ошибку. Когда Лёва наконец упал на спину, а тяжело дышащая Алина протянула руку, они наконец переглянулись и довольно улыбнулись.

– Ты многому их научил, – тихо сказала Света, подтягивая к себе колени и кладя на них подбородок. – И всего за два месяца.

– Они просто очень быстро схватывают, – пожал плечами Никита. – Сама знаешь, учитель из меня никакой.

– Скажи это детям. – Света фыркнула. – Учитель ты может и никчёмный, но зато замечательный отец.

– Не старайся, – Никита потянулся за рюкзаком и начал выкладывать на плед еду. – Я знаю, что за последние пять лет не сделал для них ничего стоящего. Зато ты всегда была рядом. – Он остановился и пристально посмотрел на неё: – Ты прекрасная мама, Лучик.

Банальная, вроде бы, фраза. Возможно, она и не значила много, но ей было важно услышать это именно от него. Подбежали запыхавшиеся, довольные дети, Никита тут же отвлёкся, сходу начав разбор ошибок, а она просто сидела и смотрела на них, увлечённых друг другом. Семья. Через много лет она снова почувствовала, что у них настоящая, дружная семья.

Дети, сжевав по паре бутербродов, снова умчались, скрывшись за деревьями, и Света удручённо покачала головой.

– Вот тебе и новое поколение. Абсолютное игнорирование старших.

Убрав остатки обеда, она растянулась на пледе, положив голову на колени Никиты. Его пальцы тут же зарылись в её волосы, неспешно перебирая, пропуская светлые пряди. Света прикрыла глаза, сложила руки на животе. Мысли текли неспешно, размеренно, разум окутала лёгкая дремотная дымка, в которую она практически провалилась, когда нос что-то защекотало.

– Это тебе, – серьёзно сказал Лёва, протягивая букет полевых цветов.

– Сам собирал? – Света села, зарылась в них носом.

– Я помогала. – Алина положила ладонь на плечо брата и умоляюще посмотрела на неё. – Теперь мы можем попрактиковаться с двойным броском?

– Это называется подкуп, – проворчала Света, нехотя кивнув. Никита подмигнул и тайком показал большой палец. – Я всё вижу. Ты подговорил?

– Лучик, когда бы я успел? – посмеиваясь, спросил Никита, неспешно доставая любимую книжку из рюкзака.

– Серьёзно? – возмутилась она. – Прямо сейчас ты собрался читать?"

"– Ну, Лучик, я не представляю, чем нам ещё можно сейчас заняться, – невозмутимо пожал плечами Никита, пряча смешинки в глазах под зелёной обложкой. Пробормотав что-то о старых извращенцах, которые никогда не меняются, Никита разложила перед собой букет и начала плести венок. И правда, к чему разговоры, когда так уютно молчать, слушать, как переговариваются дети, изредка посматривать детей чувствовать тёплое плечо Никиты за своей спиной.