Любовница демона

Глаза Молина полыхнули злостью, обожгли взглядом, и он процедил сквозь зубы:

– А вот это зря, Ариша…

Я затравленно огляделась, понимая, что от взбешенного моим упрямством и строптивостью Молина мне не убежать. Вспышка смелости прошла, адреналин растворился в крови, и снова накатил страх. Я же не отобьюсь!.. Ра-а-а-а-ас!! Мой похититель отчетливо скрипнул зубами, разогнулся, поморщившись, и попытался достать меня, но ноги его еще плохо слушались, и некоторое время мы кружили вокруг дивана, гипнотизируя друг друга пристальными взглядами. В гостиной царила напряженная тишина.

Молин больше ничего не говорил, да и, собственно, нечего говорить-то, все, что хотел, он сказал. Я кусала губы, видя, что Павел с каждой минутой двигался все увереннее, и с отчаянием понимала: так или иначе, но он очень скоро меня поймает.

– Не хочешь, значит, по-хорошему? – почти мурлыкнул он и с таким предвкушением в голосе, что я споткнулась, а спину облила очередная ледяная волна страха. – Будет по-моему, дорогая моя.

Вот этого как раз и не хотелось никоим образом. Еще покружив, Молин сделал обманное движение, я поверила и через несколько мгновений снова оказалась сдавлена в железных тисках.

Дыхание перехватило, я хватала ртом воздух, с безнадежностью читая во взгляде конкурента моего демона свой приговор. Добегалась, Ариночка. Мы упали на диван, и Молин своим весом окончательно выдавил воздух из меня, от недостатка кислорода перед глазами замелькали красные точки. Воспользовавшись моим замешательством, Молин прижался к моим губам в жестком поцелуе и, наверное, совсем не ожидал, что я чувствительно цапну наглеца, не позволив поцелую стать глубже. Изнутри поднялась волна отвращения, да такая сильная, что я всерьез забеспокоилась, как бы меня прямо сейчас не вывернуло на Молина. Хана дорогущему костюму…

Я никак не ожидала, что за свою выходку получу по лицу, и больно. Во рту появился медный привкус крови, голова закружилась – а рука-то у этой сволочи тяжелая!..

– Не смей! – тихо, внушительно процедил он сквозь зубы, а меня охватила слабость, я безвольно замерла под Молиным, прикрыв глаза.

Больше он ничего сказать и сделать не успел: за дверью послышался шум. Я встрепенулась, минутный приступ слабости прошел – шум подозрительно походил на скрежет.

Допустим, когтей по стене… Сердце радостно бултыхнулось в груди, улыбка так и просилась на губы, но я сдерживалась: больно, ранка больше потрескается, и кровь еще идет. Молин вскинул голову, с недоумением и легкой тревогой глядя на вход, я повернула голову, тоже не сводя взгляда с толстой, стальной двери. Я совершенно точно знала, кто там, по ту сторону. И все-таки улыбнулась, криво, одной стороной, но улыбнулась.

– Что за?..