Лука Витиелло

Глаза и Арии широко раскрылись, губы издали стон, когда она дернула меня за волосы, прижимая свою киску к моему лицу.

Она прижалась ко мне, эти прекрасные складки задергались под силой ее оргазма. Такая невероятно отзывчивая.

Ария откинула голову назад, извиваясь у моего рта, и я принял все, что она предложила, облизывая ее возбуждение, так возбуждаясь от ее очевидного удовольствия, что едва мог сдержаться.

Я погрузил свой язык в нее, застонав от того, как крепко стенки сомкнулись вокруг пальца.

Я пососал ее, убедившись, что она может слышать, как сильно я наслаждаюсь этим, и ее тело не заняло много времени, чтобы ответить на мою громкую признательность. Ария была возбуждена этими звуками, и черт возьми, если это не заводило меня еще больше.

Я набросился на нее с еще большим пылом, а затем моя прекрасная жена снова выгнулась дугой и наградила меня еще одним прекрасным оргазмом.

Я отстранился, мое дыхание было прерывистым, мой член пульсировал так яростно, что был уверен, что потеряю свой проклятый разум в любую секунду. Я должен был быть внутри нее, должен был претендовать на каждую ее частичку. Я сгорал от желания сделать это.

Поднеся палец к ее киске, я вошел в нее быстрым движением.

Ария вскрикнула, ее стенки сомкнулись вокруг моего пальца. На мгновение я подумал, не спустить ли мне штаны и не взять наконец то, что я хотел, но импульс длился меньше секунды.

— Блядь, ты такая чертовски тесная, Ария. — прохрипел я.

Ее стенки крепко сжали меня, и я почувствовал большее сопротивление кончиком пальца. Черт. Скоро я буду претендовать на эту часть, делая ее своей раз и навсегда.

Ария ничего не сказала, не пошевелилась.

Я поднял глаза, выныривая из тумана похоти. Она лежала на спине, прижав руки к бокам, и смотрела в небо, нахмурив брови. Это было не то, что я ожидал. Я медленно поднялся и склонился над ней.

— Эй. — пробормотал я, пытаясь привлечь ее внимание.

Далекий взгляд должен был уйти. Ария наконец перевела взгляд на меня. Ее рот был плотно сжат, брови все еще нахмурены, и я чувствовал себя мудаком, понимая, что причинил ей боль.

— Я должен был входить медленнее, но ты была такой влажной, — сказал я извиняясь, как только мог себе позволить.

Ария наклонила голову, потом ничего. Странное ощущение сдавило мне грудь. Может, это было чувство вины. Мне было трудно понять, в чем дело.

Я поцеловал ее, но так и не вытащил палец. Она тоже чувствовалась чертовски хорошо. Я хотел ее всю. Мне никогда не приходилось ждать того, чего я хотел.

— Все еще больно? — спросил я.

Ария пошевелилась, заставив мой палец переместиться в ее киску, и я подавил стон.

— Неудобно, и немного жжет. — призналась она.

Я провёл языком по ее губам.