Лука Витиелло

 — насмешливо сказала Джианна. — Видишь ли, Лили, Ария и я смываемся каждые выходные, так как постоянно спорим на то, кто привлечет больше парней.

Маттео усмехнулся мне. Я не был уверен, как он мог быть в таком отвратительно хорошем настроении. Если бы мне пришлось провести еще немного времени с большеротой рыжей, я бы потерял свое дерьмо.

— Я хочу поговорить с тобой, Ария, — сказал я.

Конечно, Джианне пришлось снова вмешаться.

— Я пошутил, ради бога! — мелкая на самом деле попыталась встать между Арией и мной.

К счастью, Маттео потащил ее прочь. Я очень надеялся, что вспышка восхищения в его глазах останется только вспышкой.

— Отпусти меня, или я сломаю тебе пальцы, — прорычала Джианна. Маттео поднял руки и широко улыбнулся. Даже самый терпеливый святой не вынес бы этих двоих.

— Пойдем. — я повернулся к Арии и едва коснулся ее поясницы. Она сглотнула и напряглась. Неужели она все еще не преодолела свой страх передо мной? — Где твоя спальня?

Обычно я видел такое выражение на лицах своих врагов только после того, как они попадали ко мне в руки.

Ария указала на дверь справа от нас, и я подтолкнул ее в этом направлении, стараясь не обращать внимания на то, как она дрожала от моего прикосновения. Это начинало серьезно раздражать меня.

Конечно, последнее слово осталось за большеротой.

— Я позову нашего отца! Ты не можешь этого сделать. — как будто Скудери это волнует.

Мы вошли в спальню, и я закрыл дверь перед лицом Арии, которая смотрела на меня широко раскрытыми от страха глазами.

— Джианна пошутила. Я даже ни с кем не целовалась, клянусь. — она восхитительно покраснела, говоря это.

Так вот почему она была напугана? Надо признать, слушая ее подтверждение того, что я и так знал, собственнический зверь в моей груди проснулся.

— Я знаю.

Ее чертовы губы приоткрылись от удивления. Дерьмо. Мне хотелось прижать ее к двери и поцеловать.

— О. Тогда почему ты сердишься?

— Я выгляжу сердитым?

Выражение ее лица было похоже на открытую книгу. Это облегчило бы мне жизнь.

— Ты не очень хорошо меня знаешь.

Она бросила на меня возмущенный взгляд.

— Это не моя вина. — это был первый настоящий признак неповиновения с ее стороны, и я был чертовски рад этому.

Я действительно не мог жить с женой объятой страхом. Я не был самым чувствительным парнем и довольно быстро потерял бы терпение, если бы мне пришлось ходить на цыпочках вокруг Арии, будто она была хрупкой."

"Я взял ее подбородок большим и указательным пальцами. Она напряглась, и вызов сменился беспокойством.

— Ты как пугливая лань в лапах волка. Я не причиню тебе вреда.

Я бы сделал с ней много других вещей, и она наслаждалась бы ими всеми.

Она сжала губы, явно не веря мне. Она выглядела чертовски красивой, и ее кожа была как бархат под моими пальцами.