Лунная радуга

Она немного постояла возле него, зябко потирая плечи, а потом направилась к противоположной стороне стола.

Началось! Я обратила внимание, что кулона на ее шее не было, а это могло означать, что она сжимала его в руке.

— Ты хочешь, чтобы мы остались? — услышала я недоуменный голос виконтессы и я, быстро взглянув на нее, ответила первое, что пришло в голову:

— Конечно, я ведь люблю вас с отцом…

Тем временем Кэро замерла у того места где сидели Элла и Мисси, но это длилось всего лишь несколько секунд и она пошла дальше. Я поискала глазами Эллу и поняла, что она ничего не видела, находясь в двигающейся толпе.

— Что ты сказала? — виконтесса произнесла это так громко, что я вздрогнула.

— Что я сказала? — сначала не поняла я, а потом догадалась, что она явно не ожидала от меня таких слов. — Ах, это… Я люблю вас отцом.

Что ж, возможно мне удастся наладить отношения с родителями бедняжки Рианнон, если уж мне придется доживать жизнь в ее теле.

— О, моя девочка! — вдруг всхлипнула матушка, и ее холодное выражение лица растворилось в других, куда более приятных эмоциях. — Моя Рианнон!

Она схватила меня за руки и с нежностью сжала их.

— Пойдем, сейчас будет сюрприз, — ласково сказала я и, вытащив из рукава платок, виконтесса промокнула глаза.

— Пойдем, дорогая.

Танцующие расступились, пропуская торты, и снова понеслись возгласы изумления и восхищения.

Уже сидя за столом, я обратила внимание, что кулон Кэро на месте, и это меня порадовало. Значит, она использовала клубничный сироп, а не что-то другое. Элла тоже бросила взгляд на ее шею, а потом на бокал Мисси.

Торты произвели настоящий фурор, и мне с трудом удалось оставить четыре кусочка, обещанные мальчишкам. Женская половина вздыхала, закатывая глаза, а мужская сдержанно хвалила хозяйку дома. Зато виконт не стеснялся и громко рассказывал, какая я молодец и это еще цветочки!

— Моя дочь еще покажет все свои умения, и вы поймете, какое сокровище отхватили! — не скромничая, заявил он. — Я-то знаю, на что она способна!

К концу праздника мужчины были навеселе, женщины выглядели уставшими, и все начали расходиться по своим комнатам. Граф подошел ко мне и тихо сказал:

— Я поговорил с маркизом, он ждет нас в их покоях.

Гортензия долго благодарила меня за великолепный вечер и даже расцеловала на чувствах.

— Я обязательно расскажу Леону, какой замечательный праздник ты устроила, дочка. Не упущу ни единой мелочи! Таких блюд не подают даже на столах канганов!

Я улыбалась ей, кивала, а мои ноги чуть ли не танцевали чечетку в ожидании, когда можно будет бежать в покои маркиза и Мисси. Наконец мы распрощались, и я сразу же отправилась на встречу.