Малыш для стервы и холостяка

И судя по тому, что прижималось к ее бедру, кое-кто тоже был не прочь пойти на второй заход.

— Эй, потише, горячий парень, — она уперлась ему руками в грудь, пытаясь перевести все в шутку. — Я вообще-то спать пошла.

— Иди, — покладисто кивнул Марк, но по-прежнему крепко держал ее. И Рита, вздохнув, осторожно коснулась его губ своими и легко погладила по напряженному бицепсу.

— Отпусти меня."

"— А ты вернешься?

— А ты хочешь? — вопросом на вопрос ответила Рита.

— Очень, — глухо ответил Марк.

— Тогда завтра. На том же месте в тот же час, — рассмеялась она, маскируя нарочитой веселостью странную горечь, разливающуюся внутри.

И только тогда он нехотя разжал руки и позволил Рите уйти.

«Вот это темперамент у Рихтера, — с восхищением думала она, вертясь чуть позже в своей кровати, которая теперь казалось пустой и холодной. — Так отлюбить, а потом хотеть еще — это ж какое либидо надо иметь? А сначала казался прям мороженой селедкой. Кто бы мог подумать, что он такой горячий!»

Рита тихонько вздохнула, вспоминая жадные поцелуи и обжигающее чувство наполненности. Ей теперь тоже хотелось еще.

Марка вообще хотелось. Не на один торопливый раз, а на целую ночь, как минимум. Чтобы включить свет и как следует насмотреться и натрогаться. Чтобы не мешал дурманящий голову недосып и чтобы не приходилось сдерживаться, пытаясь не разбудить своими криками ребенка. В общем, хотелось насладиться их неожиданной интимной связью по максимуму, но Рита прекрасно понимала: этого не будет. Сейчас им мешает присутствие Арсения, а потом вернется Марта — и все однозначно закончится.

Они спят друг с другом только потому, что Марк слишком оголодал (еще бы! с таким-то темпераментом!), а она оказалась рядом и, видимо, внешне была в его вкусе. Ничего унизительного в этом Рита не видела: она и сама прыгнула к Марку в постель не от большой и чистой любви, а руководствуясь вполне плотскими и довольно низменными желаниями.

Но это было хорошо…. Очень хорошо!

Она мечтательно потянулась, вспоминая их близость. А потом незаметно для себя уснула.

На следующий день все было как всегда: они снова вели себя так, будто шифровались перед кем-то. Рита сознательно держала дистанцию, чтобы не напридумывать себе лишнего, и это было дико сложно, потому что каждый раз, когда она видела засос, оставленный на шее Марка ее жадными губами, внутри словно закипала темная тягучая лава. И Рита малодушно отворачивалась, считая часы до завершения дня, когда можно будет снова оказаться с Рихтером. И под Рихтером. И на… Господи, да поскорей бы уже ночь! Сколько можно ждать?!

На этот раз Марк пришел к ней сразу, как только она уложила Арсения спать.

— Весь день о тебе думал, — горячо шептал он, прижимая ее к стене и целуя в шею.