Марат

Зачем?

- Сегодня особенный вечер, - усмехаюсь.

Продолжаю ее разминать. По мышцам прохожусь. Мягко. Медленно. Уверенно.

Она напрягается. Безотчетно. Чувствует, чует подвох, кожей улавливает.

- Что за вечер? – выдает, встрепенувшись. – Почему сегодня? Что ты задумал?

- Хочу сделать тебе хорошо, - выкладываю как есть.

- Мне с тобой всегда хорошо, - выпаливает на одном дыхании.

Ложь. Кошмары никуда не пропали. Ждут своего часа, вгрызаются в мою женщину, ранят, заставляют содрогаться от подавленных воспоминаний. Гложут. Тревожат. Нет. Дерьмо. Так дело не пойдет. Не позволю.

Я ее до этого довел. Я обратно вытяну. Дьявола урою лично, разгребу, что наворотил.

- Марат, ты меня пугаешь, - признается Царица. – Твоя нежность настораживает похлеще самых жестоких угроз. Вся эта романтика не вяжется с тобой. Ну никак. Извини. Я точно чокнусь. Прошу, объясни, в чем суть. Почему вдруг затеял такой спектакль?

Вытягиваю ее из воды, вытираю насухо, отношу на подушки, выложенные в центре комнаты.

- Ты же прешься по этим штукам, - хмыкаю.

Вокруг пылают свечи. Теперь она точно понимает: будет особенный вечер.

- Марат, я...

Договорить не успевает. Всхлипывает и замолкает, когда ставлю ее на колени.

- Опера, - выдыхаю в затылок. – Гребаная опера. Театр. Что мы смотрели? «Фиделио». Вроде верно запомнил? Вот и я решил поиграть. Развлечь представлением. Клянусь, в кайф будет.

Она дрожит. Маленький зверек. Беззащитный. Невинный. Затравленный.

- Чего боишься? – трусь щекой о шею, губами прохожусь от одного плеча к другому, прикусываю кожу зубами. – Что не так?

Трепещет. Подрагивает. Забавная.

Моя. Вся моя. Никому не отдам.

- Марат, - выпаливает, подается назад и на мой болт натыкается, дергается как ошпаренная. – Когда ты настолько близко, страшусь только саму себя.

Марат - 4

Царица вздрагивает.

- Я верю тебе, - шепчет. – Правда. Верю.

Прогибается под моими прикосновениями. Дразнит. Дурманит. Мозг отрубает своим охренительным телом. Трепещет, пробуждая всех дремлющих внутри зверей.

- Ты моя, - выдаю ей на ухо, трусь щетиной о нежные плечи. – Моя женщина. Клянусь, больше никогда не причиню тебе боли, не заставлю страдать. Прошлое пусть сгорит в прошлом.

Обхватываю ее ягодицы. Пышные. Сочные. Сминаю пальцами, но быстро ослабляю хватку. Поглаживаю, прижимаюсь к нежной плоти воспаленным от похоти членом.

- Марат, - выдыхает. – Что ты… что…

Отстраняюсь и смазываю ее, проскальзываю в узкий проход, обрабатываю и растягиваю, прокладываю дорогу для своего одеревеневшего органа.

- Расслабься, - говорю и медленно разминаю. – Не зажимайся так.

- Нет, только не туда, - бормочет испуганно, дергается, но лишь сильнее насаживается на мой палец. – Нет, нет, нет. Пожалуйста. Хватит!

Марат - 5

- Я буду осторожен.

Царица трепещет. Не верит. Боится податься. Не принимает мою затею.