Меч Томаса

Люсиль они нашли на кочке, вымокшую до нитки. Всегда аккуратно уложенная прическа растрепалась, шляпка куда-то делась, теперь темные пряди сосульками свисают до самого мха. Когда Олег с Савмаком выехали из-за сосен верхом на живой коряге с оскаленной красной пастью, Люсиль закричала и от страха повалилась на спину.

– Что… это? – запинаясь, спросила она, таращась на тварь.

Олег обвел корягу величественной дланью и сообщил важно:

– Это Веточка.

Глаза Люсиль округлились еще больше, подбородок задрожал, а голос охрип.

– Какая еще веточка? – не поняла она. – Это демон? Пастор Олег, вы оседлали демона?

Олег постучал по деревянной шее, тварь утробно зарычала, заурчала и потерлась массивной головой о ладонь волхва.

Тот ответил миролюбиво:

– Кому демон, а кому и зверушка родная. Ты как, здесь остаешься или с нами поедешь? Понимаю, тут красиво, лягухи поют, кикиморы всякие пляшут. Если захочешь остаться и уйти на дно болота – запрещать не стану.

После этих слов Люсиль подскочила с кочки, как ошпаренная и заозиралась, словно кикиморы прямо сейчас должны полезть из воды.

– Я с вами, – коротко сказала она.

Люсиль уселась в середке между Олегом и Савмаком, опасливо косясь вниз на изъеденную трещинами кору, которая теперь спина ездовой твари. Тонкие руки обхватили Олега за пояс, а теплая и высокая грудь прижалась к спине.

– Ты мне в ухо не сопи, – предупредил волхв.

Люсиль хмыкнула и отстранилась.

– Я и не собиралась. Вы же пастор, я никогда не позволю себе ничего неблагочестивого в сторону духовного человека, – гордо сообщила она.

Савмак позади нее неоднозначно покашлял, а Олег заметил:

– Тогда это не твои руки сползли сейчас мне под живот?

Послышался смешок ратника.

– Да откуда у тебя живот, пастор Олег? – спросил он. – Видал я тебя, мускулы как камень, да и только.

– Вот и я о том, – согласился Олег. – Чего она мне тогда тут щупает?

Люсиль взвизгнула и резко отклонилась назад, налетев спиной на Савмака, тот довольно заулыбался и учтиво подхватил ее под локти.

– Это не я! – пискнула она.

Олег теперь и сам заметил, что прикасаются к нему чем-то холодным, что вовсе не похоже на девичьи руки. Он сунул пальцы в штанину и резким движением дернул. В руке заизвивался уж, толстый, с желтым воротником и блестящей черной чешуей. На голове зеленое пятно, а глаза смотрят знакомо и жалобно.

– Да чтоб тебя, – выругался Олег. – Никак не успокоишься?

Голос змеи зашипел над болотом протяжно и так просяще, что от тоски даже лягушки умолкли на миг.

– Возьми с собой, маг, – взмолилась она. – Не срами. И так уж осрамилась перед тобой почем зря. Оставила я все богатства болота, пускай люди пользуются. Больше никто и не утопнет здесь. Только не бросай одну. Прошу.

Волхв оглядел болотницу строго.