Моя неидеальная женщина

Те крохи, что вскользь рассказала мне Катя в торговом центре, когда нашёлся сбежавший Илья, не помогают сложить пазлы в чёткую картину из их прошлого. Мне ничего не известно об их отношениях. Знаю только то, что был любовный треугольник, оставивший неприятный осадок в их жизнях и в сердцах троих. Я об этом забыла и не вспоминала. Прошлое надо оставлять в прошлом, но оно почему-то решило вернуться, больно ужалив моё сердце, как подкравшаяся змея.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Да, сын рядом, — произносит твёрдым голосом, переводя взгляд на своего ребёнка. На меня уже не смотрит. Я слежу за ним, с замиранием сердца жду, когда же, наконец, он удостоит меня своим тёплым вниманием. Дмитрий возвращает себя прежнего — решительного, строгого, каким я его узнала при нашем первом столкновении. Опускает руку в карман домашних штанов, явно сжимая ладонь в кулак. — Алина, я скину адрес смс-кой, возьми такси и приезжай из аэропорта ко мне домой. Я не повезу Илью в отель. Ситуация не располагает. Да и нам нужно с тобой многое спокойно обсудить! Думаю, в домашней обстановке это сделать намного проще.

Из трубки доносится взволнованный, но уверенный женский голос. Не истерит, нет. Иначе бы Дима, как и любой другой мужчина, скривился бы от писка и отставил мобильный от уха. Он слушает, позволяет высказаться, хоть и губы смыкаются в тонкую линию.

— Аля! Это не шантаж и не выдвинутое мною условие, это всего лишь просьба! — давит убедительно, аккуратно подбирая каждое слово, чтобы не грубить. — Я не намерен вести с тобой войну. Не хочу по телефону говорить на эту тему, стараться тебя переубедить. Знаю, как тяжело изменить мнение, если ты уже что-то вбил себе в голову. Я передам сыну трубку. Такси оплачу лично.

Илья нетерпеливо тянется ручкой к папе, цепляется в девайс, как только тот оказывается рядом с его ладошкой. Дима берёт сына на руки, прислушиваясь к их разговору."

"— Ма! — детский голосок звенит радостью. — Я так скучал! Ты когда плиедешь? Сегодня? Ухтышка! — округляет очаровательные глазки. Точная копия Димы. Пушистые тёмные ресницы и пронзительный серебристый взгляд. Хороший мальчик. Умный. Не избалованный. Папина гордость. Смотрю и молча завидую ей — женщине, которая осчастливила этого мужчину, прочно поселившегося в моём сердце, в моей душе. Мне становится душно. Больно. Задыхаюсь от ревности. К горлу подходит тошнота. Подавляю её, пытаясь дышать медленно и глубоко. Дима замечает. Я делаю шаг в сторону санузла, чтобы умыться холодной водой и успокоиться, но его ладонь ловко ловит меня за запястье.