Моё бесконечное падение

Ведь если мы хотим ввести тебя в нашу семью, мне стоит узнать будущих родственников поближе.

Тут мое сердце окончательно растаяло и безоговорочно приняло отца Кота.

— Вряд ли вам понравятся мои родственники, если я сама не считаю их приятными.

— Да? — протянул Андрей со странной интонацией. — Тогда тем более стоит рассказать о них. Ведь предупрежден, значит, вооружен.

Я благодарно пожала его руку и улыбнулась. Надеялась ли я к Коту обрести еще и понимающего отца? Пожалуй, нет. Оттого испытываемое счастье и благодарность были во много раз сильнее.

— Так как складываются твои отношения с мачехой? Ты доверяешь Марии?

— Она ненавидит, когда ее называют Мария! — фыркнула я, следуя за Андреем в одну из комнат.

— Давно ли? — усмехнулся он, отступая и открывая мне вид на темное большое пространство. — Только не пугайся, обещаешь?

Я кивнула, еще не представляя, что в доме Кота и его такого надежного папы может меня напугать.

— Это трофейная, — в голосе Андрея зазвучало благоговение, которое мне нравится не меньше подтрунивания, или дружеского участия, или скрываемого восхищения.

Мне нравятся все интонации его глубокого приятного голоса. Но в этот момент щелкает выключатель, я в ужасе выхватываю нависшие головы диких животных и визжу, ослепнув, с силой закрыв глаза и вжимаясь в Андрея, который меня сюда привел.

— Тише-тише, это всего лишь чучела.

Он медленно развернул меня, согревая ладонями голые плечи и прижимая спиной к груди, так что через рубашку я чувствовала жар.

Открыла глаза, даже не думая отступать от Андрея, ища в нем опору и поддержку, и снова непроизвольно вздрогнула.

Комната действительно была большая, с камином в углу, с вывешенными головами-чучелами убитых животных, которые пугали поблескивающими в свете глазами. Темные деревянные панели вместо обоев, большие шкуры на полу, вместо ковров, и тяжелый придавливающий запах, который я не узнавала, но инстинктивно боялась, вжимаясь еще теснее в Андрея и не делая шаг вперед.

— Понял. Трофейная не станет твоей любимой комнатой, — усмехнулся он, — хотя я надеялся соблазнить тебя камином. Зимними вечерами возле живого огня, на шкуре медведя очень тепло и уютно. Я часто пью виски перед камином, но ты могла бы пить глинтвейн и слушать наши с Костей истории.

— Истории?..

— Об этом потом. Пойдем в библиотеку?

— Да, пожалуйста."

"Спотыкаясь, я покинула ужасную комнату, совершенно точно зная, что проводить в ней вечера меня не прельстит ни один камин. Мы углубились дальше по коридору, и я только заметила, что теперь Андрей обхватывает меня рукой за талию, поглаживая обнаженную кожу спины большим пальцем, а второй рукой сжимая мне плечо и практически окутывая телом, как коконом.