Моё бесконечное падение

Глаза Сергея сузились:

— Что он тебе сказал?

— Ч-что вам нужны будут от меня бумаги по бизнесу…

— И чтобы ты их ни в коем случае не подписывала?

— Он не говорил… Но я подпишу всё, что надо, если вы оставите мне возможность учиться в моем колледже.

Я по выражению лица отчима видела, как ему не нравится эта альтернатива. Ну неужели он не захочет договориться по-хорошему? Неужели довести меня до отчаяния и толкнуть в руки к Синельникову кажется ему лучшей перспективой?

Тогда я добавлю кипятка.

— И я… хочу… вернуться в свою комнату. Пусть Кир переедет в папину спальню.

Глава 4. Мой рыцарь

— Я не знаю, как ты это провернула, но Машка рвёт и мечет, — делился со мной семейными перипетиями Кир.

— Хотела бы я, чтобы мне было фиолетово, но нет. Мари просто нужно время, чтобы найти и ударить меня в слабое место.

— А у тебя есть слабые места? — хохотнул братец, моментально протягивая свои длинные лапы и щипая меня за бедро.

Я взвизгнула и отпрыгнула от него, успев шлёпнуть по руке.

— Не смей! Никогда так не делай.

— Почему? Мне нравится трогать тебя.

— Ты не трогаешь, — злилась я, — ты щипаешь до синяков!

Мы как раз добирались с парковки к колледжу, куда мне позволили вернуться после встречи с адвокатом, который около часа читал завещание, из которого я не поняла ни слова, и после подписания у нотариуса доверенности на Сергея.

Стоит отметить, что мачеху всколыхнул больше именно факт того, что в доверенности стояло имя отчима, а не её. Как я потом поняла из издевок Кира, Мари все это время «держала отца за яйца», потому что распоряжалась активами по доверенности за меня.

— А ты не говорила, что не против пожамкаться со мной.

Не успела я крикнуть, что еще как против, что у меня есть Кот, как Кир мгновенно оказался рядом, обвил талию руками и прижал к себе так сильно, что выбил дух из легких. И не успела я отдышаться, как братец нагло сжал мой затылок и укусил за губу.

В следующее мгновение я оказалась на свободе, а посмеивающийся Кир быстрым шагом удалялся к зданию.

От негодования и беспомощности я топнула ногой. Его можно понять, я се же выселила его из моей комнаты, причем с помощью Сергея в тот же день. Кир отказался занимать спальню моего отца и занял мансардную комнату, где бесновал от тесноты и невозможности расставить звуковую аппаратуру и комп.

У Сергея с Мари тоже оказалось все не гладко. Следующим же днем, как я подписала доверенность на отчима, он ушел из супружеской спальни и заселился в единственную пустующую комнату. По его просьбе, я перестилала в спальне отца свежее бельё, радуясь, что комната снова будет «живой»."

"Кот мне обрадовался. Мы чуть досидели первую пару, а потом сбежали в переход между зданиями и упоенно целовались, совершенно не находя время для объяснения. А их Кот ждал.