Навстречу счастью

— Постой, — рывком выдернул локоть Алексей и, развернувшись к второкурсникам, не менее грозно выдавил из себя: — Запомните раз и навсегда: наши с Тамарой отношения никого, кроме нас двоих, не касаются! Я никому не позволю совать нос в…

— А ты подумал, каково ей было сегодня утром идти на занятия?

«Вернулась! — пронзило Алексея. — Слава Богу!»

— Где ты был в это время? Нежился в постели с очередной дурочкой? Так вот, могу тебя расстроить: Томка шла с гордо поднятой головой, потому что характер у нее — кремень… Я понимаю, по большому счету тебе на нас наплевать, только если… — Валерка на мгновение задумался, — если в тебе осталась хоть капля совести, не выставляй ее на посмешище. Объявил, что женишься, так и женись, а Томку не трогай! Все, пошли, — повернулся он к ребятам.

— А ведь они правы, — тяжело выдохнул за Лешиной спиной Щедрин. — Я лучше понимаю, что творится сейчас в ее душе. — И, не дожидаясь Радченко, зашагал к институту.

Полдня Алексей боролся с желанием разыскать Тамару в бесконечных, запутанных коридорах института, увести подальше от чужих глаз и пересудов, туда, где никто не помешает им поговорить. К концу третьей пары в аудиторию к дипломникам заглянул ректор. Лида, до этого сидевшая достаточно далеко от Алексея, быстро переместилась на свободное место рядом.

— Обними меня, — шепнула она ему на ухо.

— Не буду, — буркнул тот.

— Будешь. В пятницу на тебя пришел запрос с места, где мы проходили практику. В течение недели отец должен дать ответ. Да о таком распределении пол-института мечтает! Ты что, сам себе враг? — скороговоркой выпалила она.

Оглянувшись на потенциального тестя, Радченко придвинулся ближе к Лиде, но не обнял.

— Как здоровье? — спустя какое-то время услышал он за спиной и в ту же секунду боковым зрением заметил, как ректор протянул ему руку. На мгновение растерявшись, Алексей встал, машинально пожал руку, после чего Тишковский жестом усадил его обратно. В аудитории меж тем наступила гробовая тишина. — Как продвигается дело у жениха и невесты? — поинтересовался ректор у стоявшего по стойке «смирно» руководителя диплома.

— Неплохо, — шумно перевел тот дыхание, напрочь забыв, что еще минуту назад собирался жаловаться на нерадивого студента.

— Прочитал отзыв о практике, — обратился Иннокентий Вельяминович к паре за столом. — Польщен и горжусь успехами наших студентов! — произнес он чуть громче, прекрасно зная, что его и без того все внимательно слушают. — Теперь нахожусь в затруднительном положении, — снова перевел он взгляд на преподавателя. — Огромное желание оставить их здесь для научной работы, но в то же время отлично понимаю, что лучшей школы, чем такое распределение, для молодых специалистов и не придумаешь.